Рождественские звезды

Морин Чайлд

Аннотация

   Подарите себе и друзьям к светлому Рождеству несколько беззаботных часов, посвященных чтению этой книги. Два романа под одним переплетом повествуют о любви – гордой и самоотверженной, современной и времен рыцарской романтики и Прекрасных Дам, но всегда счастливой и побеждающей.

   С праздником, милые наши читательницы! Счастья вам и любви!




Морин Чайлд
Рождественские звезды

ГЛАВА ПЕРВАЯ

   – Надо было поднять верх – столько воды натекло, что недолго и утонуть. – Кейси Оукс убрала мокрые волосы со лба и осмотрелась, насколько позволяла сплошная завеса дождя. Она продрогла до мозга костей. – Как же я раньше не догадалась… – проворчала она. – Но если уж мне суждено утонуть – на то воля Божья. – В конце концов, подумала Кейси, может же она совершить нечто такое, на что остальные Оуксы никогда бы не отважились! Утонуть в собственном авто с откидывающимся верхом. Под Симпсоном, штат Калифорния. Причем утонуть в белом подвенечном платье…

   Кейси все еще улыбалась своим мыслям, когда от внезапного порыва ветра мокрая фата облепила ей лицо. Сразу стало трудно различать дорогу. Кейси резко затормозила, завизжали тормоза, машина дернулась и остановилась.

   Она выключила мотор, и тогда стал слышен шум ливня.

   – Черт возьми, – воскликнула Кейси, – кто бы мог подумать, что будет такой дождь!..

   Кейси откинула мокрую фату с лица и огляделась. Сельская местность. Проселочную дорогу, чуть пошире тропинки, развезло. Вдоль дороги – по обеим сторонам – изгородь. За изгородью тянулись пустоши. Кейси разглядела несколько деревьев, уже без листьев, – огромных, словно простоявших здесь века, – и сосновый бор. Ветви сосен гнулись под дождем…

   Ни домика.

   Ни огонька.

   Ни души.

   Кейси не знала: к чему она ближе – к городу или к ранчо Парришей.

   Она глубоко вздохнула и почувствовала, что к глазам подступают слезы. Она решительно смахнула их тыльной стороной ладони.

   И тут ей послышался голос.

   Звук был негромким, а потом и вовсе перешел в стон. Не зная, что и думать, Кейси шагнула из машины и невольно поморщилась – холодная жижа проникла в ее белые атласные туфельки. Но когда Кейси правой ногой по щиколотку увязла в грязи, про испорченные туфельки она забыла. Кейси вцепилась в дверцу машины, пытаясь сохранить равновесие, – она чудом не свалилась в мутный ручей, протекавший у ее ног. Чавканье липкой грязи сопровождало каждый ее шаг. Вскоре одна туфелька потерялась… Снова раздался стон, и Кейси прислушалась, чтобы выбрать направление, куда ей идти.

   Напрягая слух, она вдруг почувствовала, как волна жалости к неведомому несчастному существу захлестнула ее.

   – Ох ты, бедняжечка, – вполголоса повторяла Кейси, барахтаясь в грязи.


   – Нет, я не скажу тебе, что это. – Джейк Парриш засмеялся, тряхнул головой и потянулся за чашкой кофе. Энни, его сестра, нисколько не изменилась за эти годы. Она по-прежнему, как и в детстве, не выносила неизвестности.

   – Ну, Джейк, ну хоть намекни… чуть-чуть, – умоляла она его по телефону.

   – Подождешь, – сказал он ей и отпил кофе. – Завтра утром отложи все дела и мчись сюда. Твое любопытство будет удовлетворено.

   – Какой же ты ужасный человек. А еще старший брат!

   – А то я не знаю. – Он ухмыльнулся. Потом продолжил: – И вот что: пусть приедут отец, дядя Гарри и тетя Эмма.

   Энни нервно вздохнула, и Джейк представил, как черные брови младшей сестры взметнулись вверх.

   – Наверное, это что-то очень важное, – заключила она.

   – Чрезвычайно важное, – заверил ее брат.

   – Черт возьми, Джейк! – заговорила Энни серьезным, назидательным тоном, каким обычно говорила со своей трехлетней дочерью Лайзой. – Ты же знаешь – я не выношу неизвестности. Если не объяснишь мне, что происходит, я всю ночь глаз не сомкну.

   Она не заснет, это верно. На Джейка нахлынули воспоминания. Перед своим днем рождения Энни обычно всю ночь не спала – пыталась угадать, что же ей подарят. А на Сочельник было и того хуже: она сама не могла заснуть, да еще и ему спать не давала.

   – Ладно, так и быть, приоткрою тебе мою тайну.

   – Да-а-а?

   Джейк нахмурился, выбирая такие слова, чтобы они, не дай Бог, не выдали суть дела.

   – Ну вот тебе намек: это то, о чем я давно мечтал.

   Последовало долгое молчание.

   – И это все? – наконец возмущенно воскликнула она.

   – Все, сестренка. До завтра.

   – Я говорила и буду повторять: ты злой человек, Джейк. Гореть тебе в аду.

   – Вот и хорошо. Там со мной будут все мои друзья.

   – Надейся, надейся.

   Он ответил ей злобным гортанным смехом. Неудивительно, что она бросила трубку.

   Джейк опустил свою на рычажки, подошел к кухонному столу и поставил кофейную чашечку. Сквозь мокрые от дождя стекла окна он какое-то время вглядывался в наступавшие сумерки. Все только начинается, подумал он.

   Джейк заключил давно интересовавшую его сделку, и теперь его планы относительно ранчо Парришей наконец-то могли осуществиться. Он сосредоточится на разведении лошадей, о чем столько лет мечтал…

   Едва заметная улыбка осветила его лицо, когда Джейк окинул быстрым взглядом свою кухню. Современная техника, сверкающий пол из испанской плитки и камин в углу делали ее похожей на выставочный зал.

   За что бы Джейк ни брался, у него все прекрасно получалось. Ранчо его процветало, благодаря чему Джейк расплатился за усовершенствования в доме, на которых настаивала его бывшая жена. И несмотря на все усилия Линды, ей не удалось опустошить его карманы.

   Джейк на какое-то мгновение помрачнел… Когда он был ребенком, на ранчо не было удобств. Зато тут царила любовь.

   Вот чего не хватало его оснащенному по современным стандартам дому.

   Джейк покачал головой и снова потянулся к чашечке с кофе. Сделал последний глоток. Сосредоточься на делах, приказал он себе. Мечты о любви отвлекают от работы…

   – Кроме всего прочего, – произнес он вслух в пустой комнате, – надо проверить изгородь, пока не совсем стемнело. Вдруг колючая проволока под напором ветра провисла? Тогда скот разбредется по округе.

   И вот еще что: метеорологи предсказали изменение погоды. Если и в самом деле этой ночью пойдет снег, то дел будет невпроворот.

   Джейк сдернул дождевик и шляпу с крючка у черного хода и стал быстро одеваться, стараясь не смотреть на ярко освещенную чистую кухню. Чем скорее он начнет, тем скорее вернется. А тут его ждет пицца из микроволновой печи, холодное пиво и футбол по телевизору – с удобным креслом в первом ряду. Если повернуть регулятор звука на полную мощность, то можно убедить себя, что ты не одинок.


   – Я прекрасно понимаю, каково тебе сейчас, – сказала Кейси малышу и нагнулась, чтобы взяться за подол белого кружевного, совершенно мокрого, платья. Прикрывая платьем дрожащее тельце теленка, Кейси наклонилась над ним и загородила собой от потоков холодного дождя. Потом погладила теленка и заглянула в большие печальные карие глаза. – Ну не обидно ли сразу и замерзнуть, и промокнуть, и оказаться в одиночестве – ты согласен со мной, дружок?

   Теленок фыркнул. И прижался к ней. Кейси пошатнулась под его неожиданно значительным весом, но устояла на ногах. Вновь заглянув в глаза теленка, она сказала:

   – Малыш, глаза у тебя как у моего жениха… теперь уже бывшего.

   Теленок опять фыркнул и громко замычал.

   – Мне самой хочется плакать, – проговорила Кейси голосом, полным сочувствия и жалости. – Знаешь, ведь я сегодня должна была выйти замуж. И, конечно же, найдутся люди, которые обязательно скажут, что этот брак был обречен на провал. Видел бы ты их лица, дружок! Он замычал.

   – Какие люди, спрашиваешь? – Кейси подавила нервный смех. – Да те, что были в церкви. – Она всхлипнула. – А мои родители! Хорошо еще, что Стивен прислал записку, в которой сообщал, что должен срочно ухать в Мехико… Оправится ли отец от такого удара? – Она вздохнула. – Не каждый день бросают девушку прямо у алтаря! Или ты думаешь, что я все преувеличиваю?

   Теленок кивнул головой.

   – Нет, ни в коем случае! – Кейси погладила жесткую шерстку животного. – Не обижайся на меня за то, что я сказала, будто твои глаза такие же, как у Стивена. В конце концов, это не твоя вина. И мне кажется, – добавила Кейси с лукавой улыбкой, – у тебя характер более приятный.

   Тут теленок пошевелился и наступил ей на ногу.

   Она вскрикнула и выдернула ногу из-под маленького копытца.

   – Ты танцуешь точь-в-точь как Стивен.

   Ветер то норовил сорвать с нее фату, то прибивал к лицу.

   – Понимаю, что в это трудно поверить, – сказала Кейси дрожащему теленку, – но всего несколько часов назад я выглядела замечательно.

   Она представила себя стоящей в церкви – в ожидании того мгновения, когда она наконец, под руку с отцом, пройдет по длинному, украшенному гирляндами из сосновых веток проходу. Вот выстроились в ряд десять подружек невесты… в действительности чужих ей девушек. Ее лучшая подруга, Энни, так и не пришла на свадьбу. Она сочла выбор Кейси абсолютно неприемлемым и прямо сказала ей об этом, назвав совершаемый шаг непростительной ошибкой.

   И когда зазвучал орган, когда она затаила дыхание, распорядитель вдруг передал ей записку от Стивена.

   Потом потянулись бесконечно долгие минуты. Ей пришлось выдержать и пристальные взгляды любопытных, и тихий шепоток, и даже хихиканье кого-то из гостей. Но ни одного сочувствующего лица в толпе она не нашла. Родители ее были настолько ошеломлены, что не смогли утешить ее. Отец, поджав губы, растерянно похлопывал по плечу мать, когда та заплакала. Близнецы, старшие братья Кейси, выглядели так, словно единственной их мыслью было найти кое-кого и отлупить.

   Естественно, что когда она выбежала из церкви и очутилась в своей спортивной машине, то, не задумываясь, поехала к единственной настоящей подруге.

   К Энни Парриш.

   Кейси подняла повыше свою длинную юбку над спинкой теленка и решила сосредоточиться на поисках ранчо Парришей. Прошло всего пять лет с тех пор, как ее семья уехала из Симпсона. Но как здесь все изменилось! Впрочем, она ничего не узнаёт потому, что идет дождь. И заблудилась она тоже из-за дождя. Вот кончится ненастье, и она найдет ранчо. Но, посмотрев на свинцовые тучи над головой, на кроны деревьев, гнувшихся под напором сильного ветра, Кейси поняла, что с минуты на минуту повалит снег. К завтрашнему утру она превратится в ледяную статую…

   – «Вот идет невеста, закутавшись в фату…» – вполголоса пропела Кейси и вдруг замолчала. Если бы она не так сильно устала, если бы не боялась утонуть в грязи, то бросилась бы прямо на землю и разрыдалась.

   – Что, черт возьми, вы здесь делаете, моя милая? – послышался откуда-то приглушенный голос.

   Кейси резко выпрямилась, покачнулась и упала поперек крепкого тельца теленка. Она сильно ударилась рукой о землю, но не обратила внимания на боль, пронзившую запястье. Кейси было не до того – приподняв голову, она смотрела сквозь фату на приближавшегося всадника.

   Наконец-то… Помощь.

   Хотелось верить, что это так.

   Кейси поднялась на ноги и с некоторой тревогой оглядела мужчину. Низко надвинутая на лоб шляпа, зеленый плащ-дождевик…

   – Кассандра Оукс! – вдруг проговорил он. – Глазам своим не верю!

   Нескрываемое раздражение, сквозившее в его тоне, всколыхнуло в Кейси целый сонм воспоминаний. Сколько раз она слышала, как этот мужчина глуховатым голосом восклицал: «Черт возьми, ты отстанешь от меня или нет?» А сколько фантазий пробудил он в ней!

   Внезапно Кейси охватила дрожь, и все ее тело покрылось мурашками. Но не от холодного дождя и пронизывающего ветра… На свете был мужчина, действовавший на нее подобным образом. Ровно пять лет назад этот мужчина разбил ей сердце.

   – Привет, Джейк!

ГЛАВА ВТОРАЯ

   Привет, Джейк! И это все, что она смогла ему сказать? Стоя на его поле в насквозь промокшем свадебном наряде, заслоняя собой жалобно мычавшего теленка, она не нашла ничего лучше, как сказать: «Привет, Джейк!»?

   Джейк глубоко вздохнул. Когда он увидел на обочине автомобиль с откидным верхом без водителя, то сначала подумал, что произошла авария. Впрочем, эта дорога упиралась в его и Дона Уилсона ранчо, и на ней никогда не было оживленного движения. Поэтому Джейк предположил, что какой-то путешественник сбился с дороги из-за непогоды. Или кто-то, ехавший к Дону…

   Но найти на пустоши невесту – это полная неожиданность!

   Не говоря уже о том, что невеста была особенная!

   Прощай ужин с пиццей, пивом и телевизором! Двадцать минут назад все так здорово складывалось…

   Однако, мысленно примирившись с неизбежным, он вновь спросил:

   – Черт возьми, что ты здесь делаешь, Кейси? – Он быстро обежал взглядом ее вконец испорченное шелковое свадебное платье. – Что, никак церковь не найдешь?

   – Я только что убежала из церкви.

   – Ого! – Он подался вперед, сидя в седле. – А куда делся твой жених?

   Тряхнув головой, она откинула с лица фату, мешавшую ей видеть Джейка. Ее зеленоватые глаза в упор смотрели на него, и от этого взгляда сердце Джейка невольно сжалось.

   – Я тебе потом все расскажу, – сдавленным голосом проговорила Кейси. – Ты не мог бы прямо сейчас сделать мне одно одолжение?

   Надо же – вывозилась в грязи, а как хороша, подумал он. Потом, когда в нем пробудилось желание, он услышал свой собственный голос:

   – Одолжение? Какое?

   – Надо спасти бедняжку, – кивнула Кейси на теленка, все еще прижимая его к себе.

   Хотел бы я быть на его месте… Джейк вспомнил, что Кейси всегда любила животных. И когда девчушкой узнала, что гамбургеры делают из говядины, пережила страшное потрясение. Но ведь она была горожанкой. И Оуксы не разрешали своим детям держать дома котенка или собаку. Близко видеть животных ребятишки могли только на ранчо Парришей, куда приезжали погостить.

   Как давно он не видел ее братьев! Работа на ранчо едва ли не по двадцать пять часов в сутки… краткий неудачный брак с Линдой… На встречи с прежними друзьями не оставалось времени.

   – Джейк! Спустись на землю.

   – Что? – Джейк отогнал воспоминания и вернулся к насущным проблемам. – Ах да, теленок. Что с ним?

   – Он так напуган, – сказала Кейси.

   – Напуган? И чего же он испугался?

   – Бури, разумеется.

   Порывы ветра стали еще сильней, как бы в подтверждение ее слов, и теленок прижался к девушке, ища защиты.

   Джейк заскрежетал зубами. Ему стало трудно дышать. Даже после пяти лет разлуки она вызывала в нем непреодолимое желание.

   Внезапно его охватила тревога – Кейси в подвенечном платье… говорит, что убежала из церкви. Но когда убежала – до или после венчания?

   От одной мысли, что Кейси стала чьей-то женой, у него похолодело в груди.

   – Так ты выполнишь мою просьбу или нет? – спросила Кейси.

   Джейк покрутил головой, переложил вожжи в одну руку, а другой выразительно потер подбородок. Нет, он ни в коем случае не должен спешиваться. Хотя дождевик и скрывает его возбуждение из-за присутствия Кейси, окажись он на земле, все равно его состояние станет ей понятным.

   – Коровы всегда под открытым небом, – наконец нашелся он.

   Теленок жалобно замычал. Кейси сочувственно заворковала над ним, потом смерила Джейка осуждающим взглядом.

   – Он же совсем маленький!

   – Да он в несколько раз тяжелее тебя.

   Низкий раскатистый рев заглушил его последние слова, и Кейси вздрогнула, но не выпустила теленка из объятий.

   – Что это? – спросила она.

   – Держу пари, что это его мамаша.

   Теленок ответил ей дрожащим голоском, и мать замычала снова.

   – Она идет сюда, – сказал Джейк, подавшись вперед в седле и высматривая животное из-за деревьев.

   Кейси взглянула в том же направлении, и у нее перехватило дыхание. И в самом деле – огромная корова шла прямо на нее, можно даже сказать, неслась… В мгновение ока Кейси выпустила теленка и устремилась к всаднику, ища защиты.

   Она подобрала юбку выше колен и торопливо пробиралась через грязь… Копыта коровы били по покрытой дерном земле, словно боевые барабаны. Кейси показалось, что прошла целая вечность, пока она преодолела несколько футов, отделявших ее от всадника. А Джейк даже пальцем не шевельнул, чтобы помочь ей!

   Впрочем, не успела она так подумать, как он высвободил ногу из стремени и подал руку Кейси.

   Она взглянула ему в лицо и не заметила ни малейшего проблеска доброжелательности в его голубых глазах. Потом она оглянулась… на приближавшиеся две тонны оскорбленного материнства. И выбрала меньшее из двух зол.

   Кейси коснулась его руки и почувствовала, как его длинные мозолистые пальцы крепко сжали ее ладонь. Не мешкая, она вставила разутую ногу в свободное стремя и позволила Джейку подсадить ее в седло – позади него.

   Джейк тут же тронулся с места. Через несколько шагов он натянул поводья, и лошадь остановилась. Кейси проследила за его взглядом… и облегченно вздохнула, увидев, что теленок нагнул голову под мамино брюхо и сосет молоко.

   – Вот так, – сказал Джейк, надевая свою шляпу ей на голову.

   Она отогнула поля вверх и взглянула на Джейка.

   Его голубые глаза сосредоточенно смотрели на нее. Вдруг в них вспыхнул озорной огонек, но тут же погас.

   – Я отвезу тебя к твоей машине, – предложил он.

   – Не надо, – сказала она. Вспомнив сильный треск, когда она резко затормозила, Кейси добавила: – Кажется, она сломалась.

   – Прекрасно, – пробормотал он. – Держи меня крепко за талию, минут десять езды – и мы на ранчо.

   – А как же моя машина? – спросила Кейси.

   Джейк вздохнул.

   – Мы позвоним из дома, чтобы прислали буксир. Лошадь перешла на легкий галоп, и Кейси так тряхнуло, что она, опасаясь свалиться на землю, судорожно вцепилась в Джейка. Она прижалась к его спине, крепкой, мускулистой. Теплая волна ощущений, о каких она запрещала себе вспоминать последние пять лет, поглотила ее. Кейси зажмурилась. Она считала, что эти чувства умерли в ней навсегда. Но нет… Одумайся, приказала она себе. Ты же не забыла последнюю встречу с ним и унижение, которое испытала. Больше этого не случится. Она не собирается вновь пережить кошмар той ночи. Ни за что!

   Она замерзла, устала, ей хотелось прижаться к нему, но она нарочно выпрямилась. И выбросила из головы опасные мечты. Кейси сосредоточилась на знакомом ритмичном движении лошади. Годы учения верховой езде в конноспортивной школе не пропали даром…

   Джейк глубоко вздохнул и, как ей показалось, проговорил что-то себе под нос.

   Она наклонилась вправо и громко спросила его:

   – Ты что-то сказал?

   – Нет, ничего, – крикнул он в ответ. – Сиди, не вертись.


   Ссадив Кейси у черного хода своего дома, Джейк не спеша повел лошадь на конюшню. Там он расседлал ее и вытер, нисколько не заботясь об оставленной на кухне женщине. А когда лошадь была накормлена, напоена и устроена на ночь, Джейк вышел из конюшни и, прислонившись к дверному косяку, стал оглядывать просторный двор и дом.

   Из окон дома лился яркий свет. Во флигеле, в двух сотнях ярдов от дома, было темно – если не считать одно слабо освещенное окно. Джейк знал, что это в гостиной. Синего «форда»-пикапа возле парадной двери флигеля не было.

   Значит, десятник с женой уехали в город, не испугавшись дождя.

   И он остался здесь с Кейси вдвоем.

   От нее скоро не отделаться – раз его джип сломался, а пикап неизвестно когда появится. Они, вдвоем, тут застряли.

   Проклятье, зачем она здесь оказалась? И отчего у него перехватывает дыхание от одного лишь ее взгляда?

   Поворчав, он запер двери конюшни и под дождем медленно пошел через двор, словно надеясь, что дождь и холод загасят искру, зажженную Кейси в его сердце. Но жар не утихал, а когда он вспомнил, как она прижималась к нему, как соприкасались их ноги во время скачки, его охватила неизъяснимая тревога. На полпути к дому Джейк остановился и зло посмотрел на затянутое тучами небо.

   Дождь заливал ему лицо и грудь. Свирепый ледяной ветер валил с ног. Он пригляделся и увидел редкие белые пушинки, летевшие на него сверху.

   Прекрасно.

   Снег.

   – Что я вам такого сделал? – спросил он у хранивших молчание небес.

   В ответ повалил густой мокрый снег.

   Джейк покачал головой и пошел к веранде у черного хода. Снял дождевик, стряхнул с него воду и положил на стул, вытер грязные сапоги и открыл дверь в кухню, настроившись встретиться с неприятностями лицом к лицу.

   Кейси стояла у камина – глядела на пляшущие язычки пламени на поленьях, которые он бросил еще днем.

   – Ты вся дрожишь, – сказал он как-то неуверенно, и она обернулась на его голос.

   – Я понемногу согреваюсь.

   Возможно. Но она дрожала так, что у нее зубы стучали. Он окинул взглядом еще недавно нарядное свадебное платье цвета слоновой кости и снова подумал: а где же жених? И какой идиот мог позволить такой женщине, как Кейси, убежать от него прямо со свадьбы?

   Мокрая ткань плотно облегала ее тело, очерчивая небольшую грудь и изящные бедра. Пышная прежде юбка из тонких кружев превратилась в грязную тряпку.

   Острая боль пронзила его сердце от одной мысли, что она вышла замуж за другого. Но в следующее мгновение Джейк совладал с этой болью. Что сделано, то сделано. Пять лет назад он принял решение и не сомневается, что поступил правильно.

   Неважно, чего ему это стоило.

   Он взглянул на нее, обеими руками перебиравшую мокрые волосы, и резко спросил:

   – Зачем ты сюда приехала?

   Она всхлипнула, сняла с головы фату и стала теребить ее в руках.

   – Я приехала к Энни.

   А! К его сестре! Вот оно что!

   Джейк кивнул. Ну конечно, она приехала повидаться с Энни. Какой же он идиот. Почему, черт возьми, он решил, что она могла приехать к нему? Джейк тяжело дышал.

   – Энни здесь больше не живет, – сказал он. – И в ответ на ее изумленный взгляд добавил: – Энни переехала в город полгода назад.

   – Как глупо получилось, – прошептала Кейси в полной растерянности. А потом собралась с силами и спросила: – Как у нее дела?

   – Хорошо. – Он пожал плечами. – Ты ведь знаешь Энни. Развод для любого тяжелое мероприятие, но с Энни будет все в порядке.

   – Я слышала о ее разводе, – подтвердила Кейси.

   – Эх, я развелся, она развелась…

   Кейси взглянула на него.

   – Энни рассказала мне о твоем разводе. Я сочувствую тебе, Джейк.

   Ощущение неловкости, владевшее им, сразу же улетучилось, стоило ему заглянуть в ее зеленоватые глаза и увидеть в них сочувствие и понимание. Впрочем, он не хотел вспоминать о Линде, тем более – обсуждать с кем-то свой развод. Действительно, кроме ценного урока, преподанного ему Линдой, все остальное он предпочел забыть.

   – Это случилось так давно, – сказал он.

   – Не так уж давно, всего три года назад, – возразила она.

   Он опустил глаза. Вот уже пять лет он не встречался с Кейси, а его младшая сестра, оказывается, посвящала подругу во все подробности его жизни.

   – Энни ничего не упустила? – съязвил он.

   – Ничего существенного, – в тон ему ответила Кейси.

   – Кстати, напомни мне позвонить сестре.

   – А как Лайза? – поинтересовалась Кейси. Стоило Джейку подумать о своей трехлетней племяннице, как хмурое выражение его лица тут же сменилось улыбкой. Просто невозможно было не улыбнуться, вспоминая об этой маленькой проказнице.

   – Прекрасно. Не дает Энни соскучиться.

   Теперь улыбнулась Кейси.

   – Я так давно ее не видела, что, наверное, даже не узнаю теперь. А как отец Лайзы?

   Джейк внутренне весь напрягся, и ладони его сами собой сжались в кулаки. Мысль о непорядочном отце Лайзы неизменно приводила его в ярость.

   – Он, как и ты, не видел Лайзу так долго, что не узнает теперь свою собственную дочь, но в отличие от тебя она его совершенно не интересует.

   – Как ему не стыдно! – воскликнула Кейси.

   – Если бы одно это…

   Они помолчали, и только шум дождя, барабанившего по черепичной крыше, да треск огня в камине нарушали тишину. Наконец Кейси спросила:

   – Ты не мог бы отвезти меня в город?

   – Нет, – ответил он.

   – Почему?

   Он нахмурился и покачал головой.

   – Джип сломался. А пикап взял мой десятник – поехал с женой на танцы. Из-за плохой погоды они, пожалуй, не вернутся до утра.

   Она посмотрела на него так, словно не поверила его словам. Но, похоже, он и сам был не рад сложившемуся положению.

   – Что же, на таком большом ранчо только две машины? Наверное, есть что-нибудь еще?

   – Конечно, есть, – сказал он неохотно. – Но боюсь, что моя легковушка застрянет в грязи, как и твоя.

   – Да, погода хуже некуда, – пробормотала она.

   – И снегопад в придачу.

   Она хрипло усмехнулась.

   – Ха! Действительно, идет снег!

   Он смотрел, как Кейси растирала себе плечи. Ее бил озноб. Джейк почувствовал себя полным идиотом. Пока он ее выспрашивал, она, без сомнения, заработала воспаление легких.

   – Ты никогда не согреешься в этой мокрой одежде, – сказал он.

   Ее красиво очерченные брови вопросительно поднялись.

   – Джейк, уж не собираешься ли ты меня раздеть?

   – Будет тебе, Кейси. – Он направился к плите за чайником. Наливая в чайник воду, он внушал ей: – Мы слишком давно знаем друг друга, так что незачем осложнять себе жизнь. Немедленно скинь это платье! Ты знаешь, где ванная. А я пойду поищу тебе халат или что-нибудь еще.

   Налив полчайника, Джейк поставил его на горелку. И вышел из кухни. Правда состояла в том, молча признался себе Джейк, что он ни за что не хотел бы оказаться рядом, когда Кейси будет снимать это чертово платье. Подружка она его сестры или нет, но она ему опасна.

   Нужно найти для нее что-нибудь закрытое доверху, думал он, шагая длинным коридором к себе в спальню. Обязательно закрытое.

   Но нашел на крючке с внутренней стороны двери только махровый халат. К тому же короткий. Ладно, сказал он себе, главное сейчас – одеть ее во все сухое. Уж как-нибудь он продержится эту ночь, а потом, черт возьми, она исчезнет из его жизни.

   Еще раз.

   С халатом в руке Джейк вернулся в свою спальню и вдруг остановился у кровати.

   Это та самая кровать, на которой он обнаружил Кейси пять лет тому назад…

   Он мгновенно погрузился в прошлое, и воспоминания нахлынули на него с новой силой.

   Братья Кейси устроили прощальную вечеринку – по поводу переезда Оуксов из Симпсона в сравнительно большой город Морган-Хилл.

   С вечеринки Джейк ушел рано, ему хотелось побыть одному, пока родители и сестра не вернулись на ранчо. Джейк жил тогда во флигеле…

   Свет он не включил и ходил по флигелю в темноте. Ему было немного грустно, что близнецы и особенно Кейси уезжают в другой город. У себя в спальне Джейк сел на кровать, чтобы снять ботинки. Он сбросил один ботинок и только принялся за второй, как раздался ее голос.

   Той ночью ее голос, такой знакомый, звучал совсем по-другому. Гортанный, глубокий, полный невысказанных желаний… чуть-чуть дерзкий и требовательный.

   – Мог бы догадаться, что ты не один.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

   Джейк вскочил, бросился к тумбочке и зажег лампу.

   Мягкий свет выхватил из темноты женщину, ожидавшую его в постели. Утопая в подушках, под стеганым одеялом лежала Кейси. Она аккуратно отогнула верхний край одеяла, выставляя напоказ молочно-белую грудь, и Джейк догадался, что она голая.

   У него невольно вырвался глубокий стон, и он демонстративно отошел от кровати.

   – Что ты затеяла?

   Кейси посмотрела на него, и ее глаза растерянно забегали.

   – Джейк, я…

   – Как ты сюда попала? – удивился он.

   – Мне дала ключ Энни. – Длинные русые волосы Кейси рассыпались по плечам и обнаженным рукам. Ее зеленоватые глаза светились неожиданной для него страстью. Черт, он был к этому совершенно не готов.

   Да, она привлекала его внимание. Каждый раз, когда она появлялась на их ранчо, он, что греха таить, засматривался на нее, искал с ней встречи.

   И это мучило его.

   Ведь ему уже тридцать лет. Пора остепениться. Он окончил институт. Посмотрел мир и окончательно утвердился в мысли, что жить хочет только здесь, на ранчо.

   А Кейси – девятнадцать, и она только что окончила среднюю школу.

   Разве она знает жизнь? Или саму себя? Вот в чем дело. Зачем ей связывать свою судьбу с ним? Перед ней открывается столько возможностей.

   Так он увещевал себя с одной целью – не дать воли чувствам. Он решил держаться от Кейси подальше, пока она не наберется жизненного опыта.

   А она устроила ему засаду в его собственной спальне!

   – Тебе лучше уйти, – с трудом выговорил он.

   – Но я ждала тебя, – сказала она и, закутавшись в одеяло, села, поджав под себя ноги.

   Он тяжело вздохнул. Его взгляд случайно упал на ее груди, видневшиеся над краем брони из стеганого одеяла. Она дразнила его каждым вздохом, испытывая на выносливость. Ему так хотелось прикоснуться к ее груди. Он явственно ощущал, как от нее веет сладким теплом.

   Но он намеренно заговорил раздраженным голосом:

   – Ну вот, я пришел. Теперь ты можешь уйти.

   – Нет, – сказала Кейси.

   – Нет?

   – О, Джейк… – Она рванулась к нему, и одеяло сползло еще ниже. Кейси протянула к нему руки. – Неужели ты не понимаешь? Я не могу так больше… Мы с тобой расстаемся, и я не знаю, вернусь ли когда-нибудь в этот город.

   Его не покидала та же мысль. На самом деле поэтому-то он и ушел с вечеринки. Ему было очень грустно: единственная женщина, которая ему нравилась, уезжает из их города…

   Надо во что бы то ни стало выпроводить Кейси из спальни!

   – Тебе нельзя здесь оставаться!

   – Именно здесь я и останусь, – возразила она и скатилась к краю постели, не сбрасывая одеяла. Встав на пол, она подошла к нему и положила руку ему на плечо.

   Он стиснул зубы. Стоило ей приблизиться – и его словно ударяло током…

   – Я больше не могу ждать, когда ты сделаешь первый шаг, – проговорила она очень тихо, едва дыша. – У меня просто не осталось времени. Я должна что-то сказать тебе.

   – Что же? – Скажи, мысленно умолял он ее, скажи и уходи.

   – Я люблю тебя.

   Словно кулаком под дых – такой ошеломляющей силы был нанесен ему удар. Джейк пристально посмотрел ей в глаза. Боже мой, как он хотел сказать ей те же слова! Ему хотелось схватить ее, прижать к себе и забыть обо всем на свете! Но это невозможно. Несмотря на ее признание. Нет, невозможно что-либо изменить. Она такая юная. И слишком неопытная, чтобы понять, чего хочет. Совсем еще ребенок.

   Нет, он не мог воспользоваться ее доверчивостью и унять ноющую боль в глубине души.

   Понимая, какой непоправимый урон он себе наносит, Джейк собрался с силами и сказал:

   – Спасибо, Кейси, я очень ценю это.

   – Очень ценишь? – разочарованно прошептала она.

   – Кейси, я понимаю, тебе тяжело услышать такое…

   – Тогда не говори ничего. Прошу тебя, Джейк. – Она вцепилась в его рубашку. – Ничего не говори.

   – Я должен сказать. – Он сжал ее ладонь. Милая, мне тридцать, а тебе – только девятнадцать.

   – Мне будет двадцать в будущем месяце.

   – Хорошо, двадцать. – Он водил большим пальцем по костяшкам ее кулачка и чувствовал, как тепло ее руки проникает ему прямо в сердце.

   – Так что же, я тебе совершенно безразлична? – потребовала ответа она.

   – Кейси…

   – Я догадалась, черт тебя возьми! Я знаю, что ты чувствуешь. Я же вижу, как ты смотришь на меня.

   Проклятье!

   – Прошу тебя, не гони меня. Я не в силах расстаться с тобой. – Она подошла ближе и обвила руками его шею. Притянув его голову, она прижалась губами к его губам. От прикосновения ее губ его словно ударило током.

   Джейк застонал и весь подобрался, стараясь устоять под натиском умопомрачительной нежности.

   Потом она откинула одеяло и, обняв его, прижалась к нему. Он почувствовал жар ее тела и запах ее волос. Сильное и жгучее желание пронзило его. Он хотел поступить так, как подсказывала ему совесть, но, видит Бог, он всего лишь человек.

   Когда его руки сомкнулись на ее обнаженной спине, радостный вопль вырвался из ее груди. Его руки скользили по ее телу. Его губы искали ее губы…

   Вдруг он понял, что если сейчас же не остановится, то не расстанется с ней никогда. Он отпустил ее и отошел на шаг.

   – Что-то не так? – прошептала она.

   – Все не так! – Джейк нагнулся, поднял одеяло и накинул его Кейси на плечи. – Все, что происходит сейчас, – ошибка! – крикнул он и отошел от нее еще на шаг.

   – Этого не может быть!

   – Хватит, Кейси, я не каменный. – Он пристально посмотрел на нее и, тяжело ступая, подошел к окну. Уже стемнело. – Кейси, давай пожелаем друг другу счастья и разойдемся, а? Прямо сейчас. Пока мы оба не натворили такого, о чем потом будем горько сожалеть. – Он услышал ее всхлипывания и понял, что она плачет. У него похолодело внутри, но он даже не посмотрел в ее сторону. Он знал – стоит ему обернуться, как битва будет проиграна.

   Через минуту, показавшуюся им вечностью, она тихо проговорила:

   – Хорошо, я ухожу. Благодарю тебя, Господи!

   – Но ты не прав, и ты это знаешь. – Он вздрогнул, сраженный болью, звучавшей в ее голосе. – Возраст – не самое главное, когда любишь, Джейк Парриш. Когда-нибудь ты раскаешься, что этой ночью прогнал меня!

   Да, он раскаивался.

   Бессонными ночами.

   Но сегодня – особенно.


   – Так ты раскаялся? – спросила она.

   Джейк медленно обернулся к женщине, стоявшей на пороге его спальни. Кейси наконец-то рассталась со своим насквозь промокшим свадебным платьем и закуталась в огромную бирюзовую банную простыню.

   – Раскаиваюсь гораздо сильнее, чем ты думаешь, – сказал он.

   – Хорошо. – Кейси вошла в комнату, чувствуя на себе его пристальный взгляд. Интересно, как бы он поступил, если б узнал, что она сожалела только о том, что позволила ему прогнать ее.

   – Вот, возьми, – Джейк протянул ей махровый халат. – Надень пока это, а я поищу тебе спортивный костюм.

   – Спасибо, – сказала она, взяв халат. Кейси надела его прямо на банную простыню, в которую была закутана. Завязав на талии пояс, она обернулась. – Ничего, что я повесила платье на перекладину в ванной? С него все еще капает вода.

   – Ничего страшного.

   Ему было неловко. Да и ей тоже. История повторяется?

   – Вот уж не ожидала, что у меня будет такая первая брачная ночь, – проговорила она. И вдруг засмеялась нервическим смехом.

   – Так что же произошло? – спросил он. – Почему ты здесь, а не в свадебном путешествии?

   Она не смогла сдержать новый взрыв нервного смеха.

   – По существующим правилам медовый месяц наступает после бракосочетания. – Кейси потрогала вымытые волосы – они еще не просохли. Подойдя к кровати, она села на край.

   – Что же все-таки произошло? – повторил он свой вопрос.

   Взглянув на Джейка, Кейси пожала плечами.

   – Да так, ничего особенного. В последнюю минуту мой жених решил, что брак со мной – ошибка. Вот и все. – Говоря это, Кейси нервно теребила полу халата.

   – Значит, он не явился?..

   – Он был там. Ровно столько, чтобы передать мне записку через распорядителя.

   – Записку? – недоуменно переспросил Джейк. Она затаила дыхание, когда он подошел и сел рядом на кровать. Сидел неподвижно, не прикасаясь к ней, и Кейси не могла понять, легче ей от этого или она разочарована.

   – Да. – Она взглянула на него и натянуто улыбнулась. – Оказалось, что Стивену надо срочно ехать в Мексику.

   – Вот негодяй!

   – Я думаю точно так же.

   Нельзя сказать, что она была безумно влюблена в Стивена. Теперь же вообще сомневалась, любила ли вообще. Конечно, любила. Ну, по крайней мере до этого злополучного дня. Стивен был красив, из хорошей семьи, как говорила ее мама, подразумевая, что он был богат.

   Их родители были не прочь породниться, а они со Стивеном… плыли по течению. Она восприняла его предложение как нечто само собой разумеющееся.

   Кейси нахмурилась и потерла виски. От сильных переживаний у ее мамы тоже начиналась головная боль.

   – Кейси, я тебе очень сочувствую.

   – Неужели? – спросила она. – Ты тоже отверг меня в свое время.

   – Давай не будет ворошить прошлое, хорошо?

   – Почему же? – Она подняла голову и посмотрела ему прямо в глаза. – Это моя первая брачная ночь, в конце концов. О чем же еще говорить, как не о сексе? Или – о его полном отсутствии.

   – Чайник на плите, – вставил он. – Пойдем, я напою тебя чаем.

   – Я сняла его, как только он закипел, – сказала Кейси. И попыталась повалить Джейка на постель.

   – Кейси, – он отодвинулся от нее подальше, – у тебя был тяжелый день. Ложись спать.

   – Я не хочу спать, Джейк. – Она еще никогда не чувствовала себя такой бодрой. Нет, она не решилась бы разыскивать его и спрашивать о той ночи. Но сейчас сама судьба предоставила ей возможность узнать о том, что мучило ее все пять лет. Почему он прогнал ее тогда?

   Джейк вдруг встал и зашагал по комнате.

   – Да успокойся ты, – сказала она. – Я не собираюсь тебя соблазнять еще раз. Несколько лет назад ты дал мне понять, что я тебе безразлична.

   – Гм! – фыркнул он и забегал еще быстрее. – Ты мне безразлична? Что-то не припомню, чтобы я говорил тебе это.

   Картина той ночи всплыла в ее памяти. Кейси вспомнила прикосновение его рук к ее обнаженному телу, его горячие, обжигающие поцелуи, его прерывистое дыхание… Но что она запомнила особенно хорошо, так это то, что он мягко, но настойчиво выпроваживал ее из своего дома.

   – Уж не хочешь ли ты сказать, что страстно желал меня той ночью? – неуверенно проговорила Кейси.

   – Желал тебя? Гм… Да я всю неделю не находил себе места!

   Кейси зажмурилась. Она села так, чтобы видеть Джейка. Стоя у окна, он раздвинул занавески и пристально вглядывался в ночную мглу. За окном мелькали белые хлопья.

   – Снег все еще идет, – сказала тихо Кейси, любуясь тонкими чертами его лица.

   – Да. Но не сильный.

   – Если ты страстно желал меня, то почему прогнал?

   Он не ответил, и она повторила вопрос:

   – Почему, Джейк?

   Он холодно взглянул на нее.

   – Я должен был так поступить. Ты была тогда совсем ребенок. – Он перевел взгляд на падающий за окном снег. – Не к лицу мужчине уступать под… натиском глупенькой девчонки!

   – Натиском?.. Но ведь я любила тебя!

   – Да что ты понимала в любви, ты была еще ребенком!

   – По сравнению с кем? – спросила она.

   – Со мной.

   – И тогда ты решил проявить благородство!

   – Я решил поступить, как подобает поступать в таких случаях. – Он поправил занавеску. – Но увы! Я безумно желал тебя.

   От горьких сожалений об упущенной возможности у Кейси ком подкатил к горлу. Она присмотрелась к Джейку и обнаружила, что он не так уж изменился за прошедшие пять лет. Она знала: он был женат. Все это время, что они не виделись с ним, Энни держала Кейси в курсе событий, происходивших в его жизни.

   Значит, Джейк желал ее тогда.

   Неожиданно для себя самой она выпалила жизненно важный для нее вопрос:

   – А когда ты охладел ко мне?

   Джейк оглянулся и, улыбаясь, сказал:

   – Как только это случится, я дам тебе знать.

   – Так, значит…

   Он глубоко вздохнул и направился к двери.

   – Нам не надо было говорить об этом, – пробормотал он.

   Потрясенная, Кейси соскочила с кровати и перехватила Джейка у двери. Положила ладонь на его руку. С явной неохотой он взглянул на нее.

   Выражение его лица, его глаз пронзило ее до самого сердца. Страстное желание… нетерпение… Все прежние чувства, переполнявшие их в те годы, были еще живы. И не нашлось бы силы, способной их удержать.

   Каким-то непостижимым образом Кейси озарила догадка, что ей дается еще один шанс!

   – Джейк, – сказала она тихо, – я стала взрослой.

   Он оглядел ее с ног до головы.

   – Я вижу.

   Она улыбнулась.

   – Я дважды не напрашиваюсь, но, если ты первый спросишь меня…

   – Кейси…

   – …я отвечу – да.

   Земной шар перестал вращаться.

   Кейси поняла это, потому что и ее сердце тоже остановилось. А она, как ни странно, жива… Она ждала, что сделает Джейк.

   А он медленно поднял руку и стал гладить ее по щеке, а потом прошептал:

   – Ты сумасшедшая.

   – Может быть. Но, по-моему, я абсолютно нормальная.

   Он покачал головой.

   – Не я тебе нужен, Кейси. Ты ведешь себя так только потому, что хочешь утвердиться, потерпев неудачу. Не делай этого.

   – Ты глубоко ошибаешься, Джейк. – Уткнувшись лицом в его ладонь, Кейси запечатлела на ней горячий поцелуй. – То, что случилось со мной сегодня в церкви, не имеет к происходящему никакого отношения.

   Он тяжело вздохнул.

   – Та ночь всегда со мной, – сказала она тихо. – У нас есть еще один шанс – сегодняшняя ночь. – Она накрыла своей ладонью его ладонь, все еще лежавшую на ее щеке. – Может, пять лет назад ты принял правильное решение, – признала она. – Но то время ушло. Примем же правильное решение этой ночью.

   Воцарилось глубокое молчание.

   – Правильное или неправильное, – прошептал он, ласково глядя ей в глаза, – на этот раз первым спрошу я. Останешься со мной, Кейси?

   – Да, – сказала она со вздохом и привстала на цыпочки – навстречу его поцелую.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

   Их губы слились в яростном нетерпении. Кейси остро ощутила его чувственный голод – словно свой собственный. И она задыхалась от всепоглощающего желания. Будто и не было пяти лет разлуки. Кейси, как и тогда, хотела отдать этому мужчине все, что у нее было.

   Только на этот раз он возвращал ей… и его щедрость превзошла все ее ожидания.

   Он глухо застонал и быстрым движением развязал пояс ее халата, который, соскользнув с плеч, упал на пол…

   Кейси вздрогнула, когда его пальцы проникли за край банной простыни – в нее она завернулась после душа. В мгновение ока простыня тоже скользнула к ее ногам.

   Каждое его прикосновение вызывало в ней неизъяснимый отклик. Он застонал, хватая ртом воздух, как умирающий. Какой-то момент смотрел на нее. Вдруг отступил на шаг и сквозь стиснутые зубы произнес:

   – Кейси, правда то, что ты сказала?

   Если бы она хоть немного сомневалась, то не позволила бы ему даже прикоснуться к ней. Ее чувства к Джейку подлинные, искренние. Она знает это. Чувствует.

   – Вот я стою в твоей спальне совершенно голая – и ты все еще сомневаешься?

   Он окинул ее пристальным взглядом.

   – Я должен был это спросить. Я должен знать, что ты отдаешь себе отчет в том, что делаешь. – Он втянул воздух через стиснутые зубы. – Если ты передумала, так и скажи.

   – Джейк, я хочу стать твоей.

   Он вытащил рубашку из джинсов и сдернул ее с такой поспешностью, что оторванные пуговицы разлетелись по всей комнате.

   От волнения у нее пересохло во рту. Но она продолжала смотреть, как он снимает остальную одежду. Когда Джейк предстал перед ней совершенно обнаженным, она уставилась на него, пораженная.

   Годы работы на ранчо превратили его тело в сгусток стальных мускулов. Широкие плечи, сильные руки. Крепкая грудь, покрытая темным пушком. Бронзовая от загара кожа. Кейси задохнулась, обратив глаза на его мужское достоинство. Какая мощь… Но только на один миг в ее душу закралось сомнение. Он протянул к ней руку, и все мысли вылетели у нее из головы.

   Прижавшись к нему, она испытала неизъяснимое наслаждение. Ей нравилось прикасаться к нему всем телом, ощущая его тепло. Его возбуждение передалось и ей, и жаркая волна всколыхнулась внизу живота… Джейк наклонился к ней и вновь накрыл ее рот своим. Кейси обвила его шею и ответила ему таким же страстным поцелуем.

   Неведомый восторг переполнял ее душу.

   Словно почувствовав, что она едва держится на ногах, Джейк легко поднял ее и понес к кровати.

   Глаза Кейси горели, полураскрытые губы просили еще поцелуя.

   Джейк радостно сдался, он с жадностью припал губами к ее губам, словно от этого поцелуя зависела его жизнь. И вдруг понял, что так оно и есть. Ему не терпелось слиться с ней воедино…

   От боли она тяжело задышала.

   Он похолодел. И ругнулся.

   Глаза Кейси широко открылись.

   Пристально глядя в ее зеленоватые глаза, он прорычал:

   – Почему ты мне не сказала, что ты – девственница?

   – Уже нет, – ответила она блаженным тоном. – Спасибо.

   – Спасибо?

   – Ну да. Это было необыкновенно.

   – Но ты утратила девственность.

   Она засмеялась.

   – Джейк, ты не волнуйся! У моего отца нет даже охотничьего ружья.

   – Кейси, ты должна была сказать мне…

   – Если бы я сказала, ты бы не стал…

   – Черт возьми, верно! – перебил ее он. И закрыл глаза.

   Проклятье! Он – ее первый мужчина! А обращался с ней как с умудренной опытом женщиной.

   – Ты на меня не обиделась? – спросил Джейк, со страхом ожидая ответа.

   – Обиделась? – Она удивленно подняла брови. – Это было… замечательно.

   Он изучающе посмотрел на нее: тонкие, почти классические черты лица, белокурые вьющиеся волосы, сияющие глаза, с нежностью глядевшие на него. Какого еще черта нужно было ее жениху?

   – Как, ты сказала, его звали? – спросил Джейк. Она на минуту задумалась, стараясь понять, о ком он спрашивает. Ах, о ее бывшем женихе.

   – Стивен, – ответила Кейси.

   – Стивен, – тихо повторил он. – Определенно, парень не в своем уме.

   Она откинула голову и улыбнулась ему.

   – О, Джейк Парриш! Это самое приятное, что ты когда-либо говорил мне!

   Он устремил взгляд в потолок.

   – Давай поговорим о том, что только что произошло с нами.

   – Давай, – согласилась она и положила голову ему на плечо.

   – Перестань, Кейси, – предупредил он и попытался отодвинуться от нее.

   – Ты плохо притворяешься, что охладел ко мне, – сказала Кейси. Она приподняла голову и поцеловала его в губы. – Джейк, ты не совершил никакого преступления. Одной девственницей больше, одной меньше… Ведь ты не принуждал меня насильно. Если угодно, то это я обольстила тебя.

   – Что?

   – Ну да. Я соблазняла тебя коварными уловками горожанки. Ты бедный простодушный деревенский парень, у тебя не было другого выхода, как подчиниться мне.

   Он с трудом выдавил улыбку.

   – Ну как, тебе лучше? – спросила Кейси.

   – Вроде бы, – ответил он.

   – Хорошо, – прошептала она. – Я придумала, что надо сделать, чтобы тебе стало определенно лучше.

   – Кейси, – сказал он и взял ее за подбородок, – нам больше нельзя… Можно один раз ошибиться, но повторять ту же ошибку дважды было бы явной глупостью.

   Внутренне она вся сжалась, но не подала виду и улыбнулась ему.

   – Тогда давай будет глупыми, Джейк! – Она наклонилась и покрыла его брови, глаза и щеки нежными поцелуями. – Давай наделаем глупостей сегодня ночью!

ГЛАВА ПЯТАЯ

   Джейк посмотрел на нее, сдвинув брови и прищурив глаза.

   – Что случилось? – спросила она.

   – Мне кое-что пришло в голову. – Он приподнялся на локтях. – Ты не сказала мне, что ты – девственница.

   – Я думаю, мы уже разобрались с этим, – ответила Кейси.

   – О чем еще ты не сказала? – спросил он.

   – Что ты имеешь в виду?

   – Кейси, ты… ты… Черт! Ты предохраняешься?

   Бог мой! От удивления она открыла рот.

   – Проклятье! – Джейк упал навзничь как подкошенный.

   – Я даже не думала, – быстро заговорила она, – я всегда хотела иметь детей. – Сколько себя помнила, она всегда мечтала иметь такую же семью, как ее собственная.

   Кейси потрогала свой впалый живот. Интересно, будет ли у нее от Джейка ребенок – ребенок, которого ей очень хотелось?..

   Джейк увидел ее движение и истолковал по-своему.

   – Не беспокойся, – сказал он. – Маловероятно, что зачатие произошло с первого же раза. – Он тяжело вздохнул. – Но если это все-таки случилось, не переживай, что-нибудь придумаем.

   Она вытянулась рядом и положила голову ему на грудь. Слышно было, как стучит его сердце.

   Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Джейк обнял ее. В ответ Кейси улыбнулась.

   – Прости меня, Кейси, – тихо сказал он. – Не припомню случая, чтобы я поступал так необдуманно.

   – Не извиняйся. Уже несколько лет я страстно желала, чтобы это произошло между нами.

   Он усмехнулся. Похлопал ее по спине и поднялся с кровати.

   – Надо поискать тебе что-нибудь из одежды, – сказал он. – Перебирайся в бывшую комнату Энни. Утром я вызову буксир для твоей машины.

   – Джейк…

   – Все, все.

   – Нет! – воскликнула она. Кейси не могла поверить, что их время уже истекло. Провести ночь с этим мужчиной было ее давней мечтой.

   Кейси протянула к нему руку и сказала с мольбой в голосе:

   – Джейк, эта ночь – наша.

   – Черт возьми, Кейси… – На его лице была растерянность.

   От сильного ветра оконные стекла задребезжали.

   – Это неспроста, это – знак, – заметила она.

   – Это буря. – Его губы дрогнули от едва заметной улыбки, когда он взглянул на нее.

   – Джейк…

   – Похоже, я схожу с ума, – прошептал он, вставая коленями на кровать и притягивая ее к себе.

   Кейси вздохнула с облегчением и прильнула к нему. Он крепко сжал ее в объятиях. Губы их слились в долгом поцелуе, а когда Джейк отпустил ее, оба в изнеможении рухнули на постель.

   Ее стройное тело вызывало у него неведомый ему прежде восторг, и Джейку хотелось узнать ее всю. Он принялся в упоении ласкать Кейси; когда же желание слиться воедино стало нестерпимым, Джейк протянул руку к тумбочке, стоявшей у кровати. Рывком открыв ящик, он схватил маленький пакетик из фольги. И поспешил обеспечить Кейси защиту, которую должен был предложить еще в первый раз. Пытаясь изо всех сил усмирить свое желание, он сделал глубокий вдох и напомнил себе, что с Кейси нужно обходиться бережно и что теперь он будет думать о ее удовольствии. Он встретился с ней взглядом. Голубые глаза неотрывно смотрели в зеленоватые…

   – Джейк, – прошептала она и протянула к нему руку.

   Он схватил ее, словно это был спасательный канат в бушующем море. Их пальцы сплелись. И она нашла крепкую опору, когда на нее нахлынула волна невыразимого восторга.


   Кейси крепко прижалась головой к изгибу его плеча. Джейк хмуро посмотрел в темноту и натянул на засыпавшую Кейси одеяло.

   О чем, черт возьми, он думал?

   Возмущенный собой, он признал, что вообще ни о чем не думал. Как старшеклассник, который не может подавить свои буйные гормоны, он ухватился за то, что ему предложили, не размышляя о последствиях.

   Кейси что-то пробормотала во сне и прижалась к нему еще сильнее.

   Его словно ударило током, и он помрачнел. Да, дело не просто в гормонах. В его жизни никогда еще не было подобных переживаний. От одного ее прикосновения он мгновенно загорался. Здесь кроется нечто большее, чем желание…

   Но он не стал гадать о том, что же там кроется.

   Он уже однажды был женат по любви. Не получилось. Стоит ли начинать все сначала?

   Однако есть еще проблема. Ведь он лишил ее невинности. Раньше с ним такого не случалось. Черт возьми, он не так воспитан, чтобы, лишив девушку невинности, с легким сердцем сбежать.

   Особенно если эта девушка – Кейси Оукс.

   Не говоря уже о том, что она, возможно, забеременела.

   Что ему теперь делать?

   Тряхнув головой, он стал смотреть в окно слева от него и попытался собраться с мыслями. Но потом решил все обдумать на свежую голову, поспав хотя бы часа два.

   Звезды на ясном небе будто подмигивали ему. Буря утихла. Наверное, это хороший знак.


   – Боже мой! Боже мой! – Энни сдернула мокрое грязное свадебное платье с перекладины в ванной и пошла с ним в кухню.

   – Мама, – проговорила малышка, шедшая сзади, – я хочу на голшок.

   Но Энни была занята своими мыслями и не вслушивалась в речи маленькой девочки. Вбежав на кухню, где за столом сидели отец, тетя и дядя, ожидавшие, когда проснется Джейк, Энни выкрикнула:

   – Смотрите, что я нашла!

   – О Господи! – воскликнула тетя Эмма и фыркнула от удивления. – Надо же, такое красивое платье – и все в грязи! Что могло случиться?

   – Где ты взяла его? – спросил отец у дочери.

   – В ванной нашла, – ответила Энни. – Висело на перекладине.

   – Интересно, зачем Джейку свадебное платье? – многозначительно произнес дядя Гарри.

   – И вам не понятно? – спросила Энни, положив платье на колени отцу и глядя на своих недогадливых родственников. – Это именно то, на что намекал Джейк, разговаривая со мной по телефону вчера вечером. Джейк женился!

   Глаза у тети Эммы стали как блюдца.

   – Женился? – переспросил дядя Гарри. – Кто?

   – Да Джейк!

   – Энни, – умерил ее пыл отец, – это только твое предположение.

   – Тогда с какой стати здесь свадебное платье? – Энни тряхнула головой. – У, змееныш! Скрыл все от нас! Даже меня не пригласил!

   Фрэнк Парриш провел узловатыми пальцами по забрызганному грязью кружевному подолу платья.

   – Положим, он сделал предложение. Тогда откуда эта грязь? Он что, привязал девушку к седлу и волок по грязи до тех пор, пока она не согласилась стать его женой?

   – Ой, не знаю. – Энни принялась ходить по кухне, улыбаясь своим мыслям. – Неважно… неважно, как это было. Но очень хотелось бы узнать, кто его невеста.

   – Мама! – раздалось из коридора.

   – Лайза! – Энни, смутившись, бросилась к двери. – Я совсем забыла о ней, а она просилась на горшок!

   Тетя Эмма снова фыркнула.

   – Горшок! Ну, знаете ли!

   – Чем вам не нравится слово «горшок»? Слово как слово. – Энни смерила тетку сердитым взглядом и не первый раз подумала: и что ее милый, несколько заторможенный дядя нашел в этой острой на язык старой мымре?

   – Только невоспитанные дети объявляют публично о своих физиологических потребностях! – изрекла тетя Эмма.

   – Что значит «публично»? Девочка… – Энни запнулась. Да не обязана она ни перед кем отчитываться, как она воспитывает свою дочь! И меньше всего – перед тетей Эммой.

   – Мама! Мама! – Лайза звала все громче, все требовательнее. – Кто эта тетя в кловати?

   – О-хо-хо, – проворчал Фрэнк Парриш и поднялся со стула. Следом за дочерью он направился по коридору в спальню сына.

   Тетя Эмма и дядя Гарри следовали за ним по пятам.

   Дверь в спальню Джейка была широко открыта. Лучи утреннего солнца освещали большую кровать и парочку под одеялом. На Энни, задержавшуюся в дверях, наскочил шедший за ней отец и с разбега втолкнул ее в комнату. Прямо за ними остановилась тетя Эмма. Она держала в руках церковный бюллетень и обмахивала им разгоряченное лицо. Дядя Гарри поправил круглые, в тонкой оправе, очки на носу и, вытянув шею, выглядывал из-за широкой спины жены.

   Лайза стояла у кровати и отчаянно переминалась с ноги на ногу.

   – Уже утро, сынок, – сказал отец.

   – Папа! – Джейк сел и увидел родственников, стоявших в дверях. – Энни!

   – Дядя Джейк, скажи, – потребовала Лайза, – кто эта голая тетя?

   «Голая тетя» села рядом с Джейком, закрывшись одеялом до самого подбородка, будто воин щитом. Она растерянно заморгала, глядя на людей, столпившихся в дверях, потом робко улыбнулась.

   – Это, – пояснила Энни своей дочери, – твоя тетя Кейси.

   – Она может отвести меня на голшок?

ГЛАВА ШЕСТАЯ

   Джейк окинул взглядом дом, весь занесенный снегом. Там сестра взяла Кейси под свою опеку. Один Бог знает, что она им наговорит. Джейк помрачнел, но, подумав, решил, что дяде Гарри удастся удержать тетю Эмму, любительницу пустить сплетню, на достаточном расстоянии от телефона.

   – Ну, сын… – тихо проговорил отец. Джейк обернулся. – Что ты собираешься делать дальше?

   – Что буду делать? – переспросил Джейк вызывающим тоном. Да ведь он уже взрослый! И Кейси тоже. Кому какое дело, что двое совершеннолетних – холостой и незамужняя – спят вместе?

   – Джейк, – снова начал отец, – я видел ее свадебное платье. Оно – белое. В дни моей молодости это что-то да значило.

   – Сейчас все носят белое, папа. – Про себя же Джейк подумал: незачем говорить отцу, что в случае Кейси белый цвет ее платья действительно имел определенное значение.

   – И то правда, – отозвался старик. – Должно быть, не часто встретишь в наши дни девушку, которая берегла бы себя до свадьбы, и трудно найти парня, который бы с этим согласился.

   Джейку стало не по себе. Кейси ждала до свадьбы… Для того только, чтобы ее бросил жених прямо у алтаря. Теперь уже поздно говорить, что было бы, если бы Кейси предупредила, что она – девственница.

   – Надеюсь, – продолжил отец, – ты поступишь, как подобает порядочному человеку. – Фрэнк Парриш вздохнул и облокотился на забор, положив подбородок на руку. – Ты ведь знаешь – Эмму хлебом не корми, только дай ей дорваться до телефона. А то, что Кейси убежала из церкви прямо к тебе в постель, вызовет немало пересудов.

   Джейку показалось, что он начинает понимать, куда клонит отец.

   – Твоя мама, – сказал Фрэнк, – всегда очень любила Кейси. Так сильно любила, как только можно любить неродного ребенка.

   Что правда, то правда, подумал Джейк. Девочкой Кейси целыми днями пропадала на ранчо. Родители его в ней души не чаяли.

   – Эта девочка, – продолжал Фрэнк, – член нашей семьи. Я не позволю плохо обращаться с ней. Вам надо пожениться.

   – Мне – жениться? – Джейк засунул руки в карманы полушубка и посмотрел в спокойное лицо отца. – Однажды я уже испытал это.

   Фрэнк не проронил ни слова. Он молча глядел на сына.

   Джейк поежился. Давно он не видел такого разочарования в глазах отца.

   С тяжелым чувством Джейк снова обратил взгляд на дом. Черт возьми, вероятно, отец прав. Наверное, следует сделать Кейси предложение. Во всей стране, может, и наступили девяностые годы, но в смысле нравственности глубинка Америки больше похожа на девяностые годы прошлого столетия. Это совсем неплохо. Впрочем, пока не касается тебя лично… Да, надо решиться. Кейси, без сомнения, не откажет ему. И тогда не стыдно будет смотреть в глаза отцу. Главное – не забивать себе голову мыслями о том, что и вторая женитьба окажется неудачной.

   – Ну? – спросил отец.

   – Я поговорю с ней, – ответил Джейк. И пока не передумал, зашагал к дому.


   Кейси стояла перед туалетным столиком и расчесывала волосы. Подмигнув своему отражению в зеркале, она внимательно осмотрела себя – как выглядит в одежде, которую ей дали. Свитер Джейка ей был очень велик и висел на ней, как на вешалке. А его спортивные брюки… Штанины можно было натянуть на ступни и ходить без тапочек. Настоящая роковая женщина.

   – Так что же вчера произошло? – Энни плюхнулась на кровать Джейка.

   Кейси взглянула на отражение подруги в зеркале и удивленно вскинула брови. Энни засмеялась.

   – Ладно, я все знаю. Только не могу понять, почему.

   – Мне никто не поверит, если я тоже скажу, что не могу этого понять.

   – Слушай, Кейс, – Энни оперлась локтями о колени, – когда мы с тобой в последний раз разговаривали, ты практически уже шла по церковному проходу к… – она помолчала и приподняла кончик носа пальцем, – Стивену.

   – Ну да, – сказала Кейси, – пока я шла, Стивен бежал. Только в другом направлении.

   – Боже мой! Бросил? Этот мерзавец тебя бросил?

   Кейси повернулась спиной к зеркалу и села на край столика. У ее подруги был растерянный вид. Довольно странно, но она сама не испытывала растерянности. Когда Кейси вспомнила о мимолетных холодных поцелуях своего бывшего жениха и сравнила их с поцелуями Джейка… ей стало все ясно. Ясно как Божий день.

   Днем раньше она едва не вышла замуж за плохого человека.

   Одно ее тревожило – то, что родственники Джейка застали ее в его постели.

   – Мне стыдно показываться твоему отцу на глаза, – сказала Кейси.

   – Мне кажется, ты зря переживаешь, – возразила Энни.

   – Да, но твой дядя Гарри – священник!

   – Священники тоже не ангелы.

   Кейси в свою очередь рассмеялась, и ей сразу стало легче.

   – Вот видишь? Веселый смех – способ вылечить все, без исключения!

   – Испытай это на себе, когда узнаешь, что сделала Лайза со своим красивым новым платьем.

   Обе женщины обернулись на голос и увидели в дверях Джейка.

   – Что она натворила? – спросила Энни у брата.

   – Даже не знаю, но платье у нее в чем-то черном и несмываемом.

   – Ох! – Энни вскочила. – Я вернусь, Кейс. Никуда не уходи!

   – Она не уйдет, – заверил сестру Джейк.

   – Не уйду? – переспросила Кейси у Джейка.

   – Нет. Пока мы не поговорим.

   – О чем?

   – О нашей свадьбе, – ответил Джейк. Комната накренилась, и Кейси ухватилась за край стола, чтобы не упасть.

   Джейк взял ее за руку и повел к кровати.

   – Ты хочешь, чтобы я вышла за тебя замуж? – Кейси недоверчиво покачала головой и подняла удивленные глаза на Джейка.

   – Кейси, – сказал он, – тетя Эмма рвется к телефону, а дядя Гарри и отец не смогут ее долго удерживать.

   – Ну и что?

   – А то, что, если телефон попадет в руки тети Эммы, она оповестит больше людей, чем все газеты нашего города.

   – Ты испугался сплетен? – Кейси тут же пожалела о своих словах. Из того, что ей рассказала Энни о разводе Джейка, Кейси поняла, что процедура эта была не из приятных. Без сомнения, сплетники перемывали Джейку косточки еще долгие месяцы.

   – Не обо мне будут сплетничать. – Джейк забегал по комнате. – Я – старая прочитанная газета. Но ты для них – лакомый кусочек.

   – Ох!

   Джейк ясно понимал, что по своей натуре Кейси не была воительницей, и в нем росло стремление защитить ее.

   – Джейк, я давно живу в другом городе. С какой стати в Симпсоне начнут обсуждать все случившееся со мной?

   – Морган-Хилл не так уж далеко отсюда, – напомнил он ей. – А семья Оукс хорошо известна.

   При упоминании о ее семье Кейси побледнела.

   – Хорошо, Джейк, – тихо сказала она.


   Красавица и Чудовище.

   Эти слова всплыли в памяти Джейка, когда он увидел свою невесту под руку с ее отцом, торжественно направлявшихся к нему. Кейси выглядела и впрямь красавицей. Ее блестящие вьющиеся волосы рассыпались по плечам, ниспадая из-под венка из красных роз и белых гвоздик. Мягкая тонкая белая хлопчатая ткань трепетала при каждом ее шаге, и Джейк должен был признать, что это платье нравится ему гораздо больше, чем то, в котором Кейси была на прошлой неделе.

   Джейк перевел взгляд на Чудовище. На Хендерсона Оукса. Это был человек, почти лишенный чувства юмора и совершенно не ведающий о правилах приличия. С мрачным выражением лица Хендерсон Оукс вел свою улыбающуюся дочь к ее жениху.

   В первом ряду на стуле сидел Фрэнк Парриш, рядом – тетя Эмма, которая то и дело вытирала глаза цветастым носовым платочком. На другой стороне импровизированного прохода выделялась мать Кейси, Хиллари, разодетая с головы до ног в шелка и усыпанная бриллиантами. Она сидела на краешке стула с таким видом, будто стул вот-вот проломится под ее массивным телом.

   Неудивительно, что Кейси все не решалась позвонить своим родителям и тянула время до позднего вечера накануне свадьбы. Черт возьми, он бы нисколько не обиделся на нее, если бы она совсем им не звонила. Он только теперь понял, почему она сразу же согласилась выйти за него замуж. Быть его женой гораздо лучше, чем выслушивать постоянные напоминания родителей о том разочаровании, которое из-за нее им пришлось испытать.

   Вот и Чудовище. Прямо перед ним. Вложил руку Красавицы в руку Джейка и отступил назад.

   Кейси взяла Джейка под руку, и они повернулись лицом к дяде Гарри, который руководил церемонией. В тот момент, когда она дотронулась до Джейка, у нее внутри все похолодело. Кейси чувствовала на себе неодобрительные взгляды своих родителей. Но их мрачное настроение уравновешивалось сердечными поздравлениями всех собравшихся здесь, на ранчо. Братья тоже были, на ее стороне. Кейси немного подалась вперед и посмотрела на близнецов, стоявших рядом с Джейком. Близнецы ободряюще подмигнули ей.

   Улыбаясь, она выпрямилась, взглянула на Энни, стоявшую слева, и сосредоточила свое внимание на священнике.

   Солнечный свет лился через высокие окна фасада. Запах свежей сосны, шедший от веток, которые были развешаны по стенам, заполнял всю огромную комнату. Эта скромная свадьба, спланированная и устроенная общими усилиями менее чем через неделю после той, неудавшейся, была, по мнению Кейси, по-настоящему прекрасной.

   В камине затрещало горящее полено, и Кейси придвинулась к Джейку ближе. Как все странно получилось! У нее был бы сейчас медовый месяц на Гавайях с другим человеком. Однако она здесь, сочетается браком с Джейком, которого любит с детства. Он же вынужден был стать ее женихом из-за непредвиденного стечения обстоятельств.

   – Я согласен, – сказал Джейк, и его глубокий голос эхом отозвался в ее душе. Кейси рассеянно заморгала и вернулась к действительности как раз вовремя, чтобы пообещать «любить, почитать и лелеять» свою половину.

   – Объявляю вас мужем и женой. – Дядя Гарри благожелательно улыбнулся. – Ты можешь поцеловать новобрачную, Джейк.

   Тот послушно повернулся к Кейси и с высоты своего роста заглянул в ее зеленоватые глаза, излучавшие безграничную веру в счастье. Внезапно в нем проснулось сожаление об утраченной свободе, но оно быстро угасло. Первое, неудачное, супружество кое-чему научило его. Жаль, что именно он, отягощенный горьким опытом, будет рядом с Кейси, впервые вступающей на этот трудный путь. Только что став мужем, он надеялся, что впереди его ждет долгая счастливая жизнь.

   Собравшиеся на ранчо родственники потребовали от новобрачных обязательного поцелуя. Джейк наклонился к ней. Едва его губы коснулись ее губ, как она прильнула к нему и откинула голову назад, а он обнял ее и поцеловал долгим поцелуем. Что-то встрепенулось в его душе. Кровь понеслась по венам с удвоенной скоростью.

   Джейк будто издалека слышал поздравления и все нарастающий гул голосов. Подняв наконец голову, он пристально посмотрел на жену.

   Дядя Гарри сказал:

   – Бьюсь об заклад, здесь царит любовь!

   Любовь? Я бы поостерегся делать ставку на любовь, подумал Джейк.

   Страсть, однако, была подлинной.


   – Будем говорить начистоту, Кассандра, – произнес ее отец, – ты участвуешь в этом… бракосочетании только для того, чтобы спасти свою репутацию. Стивен оскорбил нас, и ты решила как-то исправить положение.

   Кейси глубоко вздохнула и посмотрела сквозь открытую дверь в большую комнату. Всем было очень весело. Ей тоже хотелось быть со всеми, а не стоять на кухне и выслушивать поучения родителей.

   – Почему ты решила, что брак с мужчиной, которого ты едва знаешь, брак всего через неделю после того, как тебя бросили, может загладить публичный скандал? Я понять этого не могу!

   – Я знаю Джейка очень давно, мама. Хиллари сдвинула брови, но, очевидно опасаясь глубоких морщин, вновь надела ничего не выражающую маску.

   – Конечно, ты знаешь их семью давно. Но согласись, Кассандра, нельзя же просто так поменять одного жениха на другого, будто это яблоки в корзине.

   Кейси снова глубоко вздохнула.

   – Я уверен, что юный Стивен скоро образумится. – Голос отца резанул ее слух. – Нечего было впадать в панику.

   – Я и не паниковала, – сказала она твердо. – Но даже если бы Стивен вернулся, я ни за что не вышла бы за него замуж.

   – Ты вышла бы, дорогая, – заявила мать. – Простое недоразумение еще не повод отказываться от блестящего будущего. У влюбленных пар случаются размолвки.

   Простое недоразумение? Ее бросили у алтаря на виду у сотен людей!

   – Я говорил с отцом Стивена. Он приструнит сына, и все пойдет так, как и было задумано. В твоей свадьбе с Джейком не было никакой необходимости. Напрасно ты не сообщила нам о своем намерении пораньше.

   Вот-вот – потому она и не звонила родителям до самой последней минуты. Если бы не настоял Джейк, она бы вообще не сообщила им о предстоящей свадьбе. А позвонила бы после церемонии.

   Как это похоже на Хендерсона Оукса! Прийти на свадьбу дочери, вручить ее жениху и все это время думать о том, как эту свадьбу расторгнуть. Кейси не сомневалась, что ее родители обязательно себя проявят.

   – Отец, – сказала Кейси, – теперь я замужем за Джейком. И все останется так, как есть.

   – Вздор!

   Ничего не изменилось. Они ни разу в жизни ее не выслушали. Кейси хотелось убежать в другую комнату, где звучала музыка из стереомагнитофона. Хорошо бы затеряться среди смеющихся, улыбающихся, танцующих людей.

   – Кейси, дорогая, развод – просто эпизод, часть нашей жизни. – Хиллари Оукс помахала носовым платочком. – Даже в самых известных семьях разводы стали… обычным явлением.

   – Мой адвокат свяжется с мистером Парришем, – сказал Хендерсон. – Я уверен, мы сможем прийти к разумному решению, и я выплачу мистеру Парришу компенсацию за причиненное ему беспокойство.

   Кейси так сжала кулаки, что ногти впились в ладони. Физическую боль было легче перенести, чем то, что говорили ей ее родители.

   – Кейси!

   Она обернулась и увидела, что ее муж направляется к ним. Как же она обрадовалась! В смокинге Джейк был великолепен, хотя она знала, что он не переносит официальную одежду.

   Джейк быстро поклонился ее матери, затем подал руку ее отцу. Хендерсон Оукс открыл было рот, чтобы что-то сказать, но Джейк опередил его, повернувшись к Кейси. Он взял ее руки в свои и нежно сжал.

   – Я пришел пригласить вас, миссис Парриш, на наш первый танец.

   Кейси растерялась. Она молча смотрела на него.

   И увидела в его глазах то, что мечтала увидеть. Беспокойство. Подлинную заботу. Зарождавшуюся любовь.

   Кейси была благодарна ему за спасение.

   – С восторгом, мистер Парриш!

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

   – Я отнесу свои вещи в другую комнату, – сказал Джейк, отводя взгляд в сторону.

   – Почему?! – удивилась Кейси.

   Он и сам до конца не понимал, почему. Но он твердо знал, что одними клятвами счастливый брак не создашь. Для этого нужна любовь.

   Гости разошлись.

   Новобрачные остались одни.

   В доме воцарилась тишина. Располагавшая к близости.

   – Послушай, Кейси, – сказал он, стараясь заглянуть ей в глаза, – мы оба прекрасно понимаем, что наш брак не совсем обычный.

   – Возможно…

   Белое платье Кейси было испачкано на груди – малинового цвета отпечаток напоминал маленькую ладошку. Наверное, Лайза танцевала с тетей, не вымыв руки.

   Малина и грудь Кейси. Интригующее сочетание.

   Джейк весь напрягся, как перед прыжком, но заставил себя заглушить зов бунтующего тела.

   – Кейси, – сказал он окрепшим голосом, – давай посмотрим, как у нас пойдет, а? И пока поживем в разных комнатах. Попривыкнем друг к другу.

   Она резко вскинула голову, и волосы упали ей на плечи и грудь.

   – Тогда зачем ты сделал мне предложение?

   Он вздохнул.

   – На то было много причин.

   – Назови хотя бы одну, – потребовала она и скрестила руки на груди.

   Джейк поймал себя на том, что смотрит на ее грудь. Он никак не мог понять, как такое скромное платье вдруг стало таким соблазнительным.

   – Пожалуйста, вот первая, – усмехнулся он. – Очень может быть, что ты в положении.

   – Довод не совсем удачный, – возразила она. – Это станет ясно недели через две. Придется тебе подождать.

   – Хорошо. А то, что вся моя семья застала нас в моей постели, разве не веский аргумент? – Джейк подавил тяжелый вздох, вспомнив, какая у нее нежная, гладкая кожа. Всю неделю эти воспоминания мучили его. Чувствуя, как на него накатывает волна желания, он отодвинулся от Кейси.

   – Ситуация была щекотливой, – сказала она, глядя прямо ему в глаза, – но аргумент вряд ли веский.

   – Черт возьми, Кейси! – вскричал он. – Не все ли равно, почему я сделал тебе предложение?

   – Нет, не все равно, Джейк. – Она приблизилась к нему. – Раз ты поспешил избавить меня от пытки, устроенной мне родителями, значит, я тебе не безразлична.

   Да я просто пришел тебе на помощь! – хотелось крикнуть Джейку, но вместо этого он спокойно произнес:

   – Ты выглядела такой беззащитной.

   – И ты бросился меня выручать.

   – Я твой муж!

   – Вот и будь им. – Она обняла его за шею.

   – Кейси… – Усилием воли он удержался от того, чтобы тут же не прижать ее к себе как можно крепче.

   – Джейк… – Она привстала на цыпочки. Когда ее губы оказались почти у его губ, она спросила: – Тебя не интересует, почему я согласилась стать твоей женой?

   – Нет, – сказал он. – Я догадываюсь. Из-за тех причин, что я сейчас назвал.

   – А вот и не угадал. – Она коснулась его губ. Он сжал кулаки. – Все очень просто, – продолжала она, – я только сегодня поняла это.

   У Джейка появилось предчувствие, что сейчас что-то произойдет.

   – Я люблю тебя, Джейк. И всегда любила. – Она поцеловала его. – И буду любить вечно!

   Желание внезапно угасло – будто пламя, залитое ледяной водой. Джейк пристально посмотрел на нее. Кейси почувствовала, что допустила ошибку. Опустив руки, она отступила на шаг.

   – Джейк!

   – Ты любишь меня?!

   – Да.

   – Но всего неделю назад ты собиралась замуж за другого, – напомнил ей Джейк. – Ты и его любила?

   – Нет.

   Черт возьми, он не позволит себе терять голову из-за женщины. Они заездили слово «любовь», они бросаются им направо и налево. Стоит мужчине поверить в любовь женщины – и он конченый человек.

   Но Джейк Парриш не пойдет этим путем. Нет, и еще раз нет!

   Он надеялся, что они останутся друзьями и… любовниками. В конце концов, они уже стали партнерами по постели, вполне подходящими друг другу.

   Джейк усмехнулся, представив все, что произошло с ними менее чем неделю назад.

   Но раз она говорит про любовь, то он не может рисковать, деля с ней постель. У него с ней не будет близких отношений до тех пор, пока она сама не поймет, что он никогда не полюбит ее. Больше он вообще никогда никого не полюбит. Он сыт любовью по горло!

   Кейси стояла едва дыша. Джейк метнул в нее быстрый пристальный взгляд. И на него снова нахлынула волна непреодолимого желания. Он может сколько угодно воображать, что в отношениях с Кейси выбрал правильный путь. Однако у тела своя логика…

   – Спокойной ночи, Кейси, – неожиданно сказал он и, пока не потерял самообладание, быстро ушел.


   За неделю с небольшим ничего особенного не произошло.

   Кейси сидела за кухонным столом и безучастно смотрела в окно. Муж ушел куда-то с десятником. Так повторялось изо дня в день после их свадьбы. Джейк делал все, лишь бы избежать общества жены.

   Обдумав события последних дней, Кейси поняла, что неприятности начались с того злополучного момента, когда она призналась своему новоявленному мужу, что любит его. Горькая улыбка тронула ее губы. Трудно угадать, какие именно слова приведут к ссоре.

   Она вздохнула и отпила из чашечки кофе. Она сбилась со счета, сколько чашечек кофе выпила за это утро, сказав себе – пей, пока можно.

   Если ее подозрения оправдаются, то кофеин ей будет противопоказан в течение предстоящих восьми месяцев, а то и дольше.

   Зазвонил телефон. Кейси схватила трубку до повторного звонка.

   – Алло?

   – Привет, – сказала Энни и нервно захихикала.

   – Извини, Энни, сегодня мне что-то не по себе.

   – Я помню, как я себя плохо чувствовала в первые дни.

   – Энни… – Кейси решила, что ничего никому не скажет, даже своей лучшей подруге. Пока сама во всем не убедится… И, конечно, пока не поговорит с Джейком.

   – Ты сделала тест?

   – Нет. – Кейси нахмурилась. Если результат будет положительным, то это создаст еще больше проблем, подумала она.

   – Кейс, – сказала Энни тихо, – не откладывай. Все равно уже ничего не изменить.

   – Знаю, знаю. – Кейси подняла бело-розовую коробочку, которую накануне купила в аптеке. Крепко зажав коробочку в руке, она радостно закричала в трубку: – Шанс, что я беременна, – миллион к одному.

   – Примерно, – подтвердила Энни.

   – Тогда и волноваться нечего, правда?

   – Правда, – снова согласилась Энни.

   – У-у, лгунья, – возразила Кейси.

   – А ты – трусиха, – парировала Энни.

   – Ну ладно, так и быть, сделаю тест.

   – Прямо сейчас, да? – настаивала Энни.

   – Вот положу трубку и сделаю, – заверила Кейси.

   – Тогда пока, – сказала подруга.

   В трубке щелкнуло, и Кейси услышала непрерывный гудок. Машинально положив трубку, она стала рассматривать коробочку.

   – Вот он, момент истины, – прошептала Кейси и направилась в ванную.


   Джейк вошел в кухню и остолбенел.

   Аппетитные запахи не щекотали его ноздри. Он обвел взглядом помещение. На плите не было ни единой кастрюльки. На мраморной столешнице не красовался изысканный десерт. Даже кофейник был пуст.

   Где же Кейси? Впервые за их короткое супружество она ничего не приготовила. Удивительно, как быстро человек к чему-нибудь привыкает. И он, Джейк, не исключение. Он уже успел привыкнуть к звяканью посуды, к веселому мотивчику, который, слегка фальшивя, тихо напевала Кейси, и особенно к вкусной еде.

   Кухня – это творческая мастерская женщины. В Симпсоне на их свадьбу не обратили бы особого внимания, если бы не угощение, приготовленное Кейси почти без посторонней помощи. Неудивительно, что после свадьбы ей позвонило человек десять, и все просили, нет, умоляли ее приготовить угощение для небольших воскресных вечеринок.

   Джейк снял шляпу, пригладил волосы и вышел в темный коридор. Свет нигде не был включен. Даже в большой комнате, где окно на фоне падающего снега выглядело как красивая рождественская открытка. Уж не случилось ли чего?

   Он помрачнел и ускорил шаг. В конце коридора дверь его спальни – теперь спальни Кейси – была открыта настежь. Джейк заметил, что из-под двери ванной пробивается свет и слабо освещает пол в темной спальне. Он подошел и тихонько постучал в дверь.

   – Джейк, это ты?

   – Я. У тебя все в порядке?

   – Да, – ответила она, вздохнув. – Розовый, – добавила она грустно.

   Он нахмурился. Что-то в ее голосе насторожило его. Надо узнать, в чем дело.

   – Кейси, открой!

   – Уходи, Джейк.

   Теперь уж он точно не уйдет. Необходимо выяснить, что случилось. Он встал перед запертой дверью.

   – Я не уйду, пока ты не скажешь мне, чем расстроена!

   Из ванной послышался короткий нервный смех.

   – Кейси, какого черта… – В нем нарастало беспокойство. – Если ты не откроешь, я сниму дверь с петель, – пригрозил он.

   Кейси усмехнулась, но он уловил в ее голосе грустные нотки.

   – Проще повернуть ручку, – сказала она наконец. – Дверь не заперта.

   Он покачал головой и повернул ручку. Как только дверь открылась, яркий свет ослепил его, и понадобилась секунда-другая, чтобы глаза привыкли. Кейси сидела на бортике ванны и разглядывала белый пластмассовый цилиндрик, который держала в руке.

   – Кейси!

   – Белый – нет. Розовый – да.

   – Что ты сказала? – спросил он.

   – Белый – нет. Розовый – да, – повторила она слово в слово.

   Она не смотрела на него. Ее взгляд был прикован к этому проклятому цилиндрику. Джейка это начинало раздражать. Скрестив руки на груди и широко расставив ноги, он принял удобное положение, чтобы простоять столько, сколько понадобится для получения ответа.

   – Ты понял, почему розовый? – спросила Кейси.

   – Розовый? – Он пожал плечами.

   – Раз розовый, значит, будет девочка?

   Джейк похолодел и уставился на Кейси.

   – А впрочем, нет, – рассуждала Кейси сама с собой, – розовый означает только то, что я беременна. Может, будет мальчик, может, девочка.

   Мальчик? Девочка? У Джейка пересохло во рту, мозг отказывался воспринимать услышанное. Ведь они были близки всего один-единственный раз.

   Она подняла голову и посмотрела на него глазами, полными слез. И тут он понял, что, несмотря на ничтожную вероятность, это все-таки произошло.

   – Поздравляю тебя, Джейк. У нас будет ребенок.

   Будет ребенок! Чувство тревоги и радость боролись в нем долю секунды. Но отголоски испуга заглушил полный восторг.

   Он опустился перед ней на одно колено. Какой холодный пол… Где-то в глубине его сознания промелькнула мысль, что пол в ванной комнате надо застелить ковровым покрытием. Кейси же может простудиться. Или, что еще хуже, поскользнется на мокрой плитке и упадет. Он обнял ее. Кейси замерзла! Она была холодной как лед.

   – Я не жалею, что так получилось, – сказала она тихо. – Я знаю, тебе не нужен этот ребенок. Мне придется любить его за двоих.

   – Ты ошибаешься, Кейси, – возразил он. – Это наш ребенок, – сказал Джейк с ударением на слове «наш» – для большей убедительности. – У нас будет ребенок, – еще раз повторил он. – Да это самый замечательный рождественский подарок, какой я когда-либо получал!

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

   Ребенок.

   Всего три недели назад он был человеком, довольным своей холостяцкой жизнью. Теперь же он – будущий отец.

   Кейси выпрямилась.

   – Как все изменилось за какие-то три недели! – сказала она. – Боже мой, я же собиралась выйти замуж за Стивена. – К счастью, она не заметила, как покоробило Джейка ее упоминание о Стивене. Джейку было неприятно, что она все еще копается в своем прошлом и не может полностью окунуться в новую жизнь со своим теперешним избранником. – Но тогда бы… – продолжала она, – выйди я замуж за Стивена, тогда бы ничего подобного со мной не произошло.

   – Черт побери, Кейси, мне-то что до этого? – воскликнул Джейк. Он встал рядом с ней и протянул ей руку. – Хватит о Стивене! – резко сказал он. Она поглядела на него, но руки не подала. – Ты теперь замужем за мной. И у нас с тобой будет ребенок.

   – О ребенке ты сказал верно – его появление на свет сомнений не вызывает. Что же касается бракосочетания, то это была простая формальность.

   – Что?! – В этот момент Джейк понял, что смешно стоять с протянутой к жене рукой, на которую она не хочет опереться, и опустил руку. – Как ты могла сказать такую глупость? – возмутился он.

   – Нет, это наш брак большая глупость.

   Он тяжело вздохнул. Две последние недели были очень напряженными. Он держался от нее на почтительном расстоянии. Ночью не мог заснуть, зная, что Кейси лежит в постели одна. У него даже появилась привычка медленно прохаживаться по комнате, чтобы утихомирить бунтующую плоть.

   – Если мы женаты, – продолжала между тем она, – то не пора ли нам стать настоящими супругами?

   – Что значит – стать? Мы и так настоящая супружеская пара. Дядя Гарри обвенчал нас. И ты принимала в этом непосредственное участие.

   – Никакая мы не супружеская пара, Джейк. Просто мы живем под одной крышей. Квартиранты.

   Он потер щеку и набрал побольше воздуха в легкие, как перед прыжком в воду.

   – Кейси, я повторяю, нам необходимо время, чтобы приноровиться к супружеской жизни.

   – Если ты жалеешь, что женился на мне, – спокойно проговорила она, – то так и скажи. Мой отец оговорит условия развода. Никто не сделает это лучше его.

   Джейк бросил на нее уничтожающий взгляд. Его душил гнев. Ему было все равно, благоразумно он ведет себя или нет. Он не находил слов от возмущения: как она могла так легко говорить о разводе?

   – Развода не будет, Кейси, – процедил он сквозь зубы. – Запомни это раз и навсегда. Я не намерен снова пройти через этот кошмар.

   Кейси почувствовала, как от его слов пробежал холодок по спине, будто от ледяного северного ветра. Глаза его зло сощурились. Про развод у нее сорвалось сгоряча. Развод ей совсем не нужен. Ей нужен муж. Тот, которого она так любит.

   Очевидно, добиваясь своего, она перегнула палку. Что ж, бывает. Кейси сказала:

   – Ты прав. Зачем нам разводиться? Это не нужно ни тебе, ни мне. – Кажется, ее слова подействовали на него успокаивающе, и она, осмелев, продолжила свою мысль: – Но мне хочется большего, чем просто совместное проживание под одной крышей. Мне порой так хочется, чтобы кто-то был рядом, с кем можно было бы поговорить, посмеяться, помечтать.

   Джейк понемногу смягчался – это было видно по его глазам.

   – Ну пойдем, – сказал он и потянул ее за руку. – Приготовь что-нибудь поесть.

   Когда они шли по темному дому на кухню, Джейк везде включал свет. Вскоре в большом доме на ранчо стало светло и уютно.

   И тут Кейси осенило: именно так она будет поступать, завоевывая своего мужа. Она будет «включать» по одной лампочке до тех пор, пока все тени не исчезнут из его души.


   – Взгляни. – Джейк расправил лежавший на столе аэрофотоплан местности и показал участок земли, обведенный ярко-красным фломастером.

   Кейси оперлась на его плечо, а он боялся пошевелиться и стоял затаив дыхание. Одно ее присутствие доводило его почти до умопомрачения. Ее длинные мягкие блестящие волосы рассыпались и щекотали ему щеку, что было очень рискованно. Он знал запах ее волос. Манящий, как запах розы. Если сделать глубокий вдох и задержать дыхание, то волна желания поглотит его с головой. И ему не будет спасения.

   – Кто обвел это красным? – спросила она, обернувшись.

   – Я. – Джейк с трудом отвел от нее глаза. – Я несколько лет мечтал приобрести эту землю.

   – А! – произнесла Кейси.

   Знакомые нотки в ее голосе заставили его снова взглянуть на нее. Вот уже несколько дней, начиная с того вечера, когда они убедились, что она беременна, Джейк изо всех сил старался быть прекрасным мужем. Все эти дни после обеда они сидели вместе в большой комнате. Смотрели фильмы, идиотские телешоу, на которых он никак не мог сосредоточиться, потому что Кейси сидела рядом. Еще они говорили о его планах в отношении ранчо или о ее работе в сфере общественного питания, которую ей предложили. Он с интересом прислушивался к ее мыслям вслух – о первом Рождестве, которое они проведут вместе, – и тоже ждал его наступления с нетерпением.

   Они все делали вместе, но спали в разных спальнях.

   Нет, у него не было желания воздерживаться от близости с ней всю оставшуюся жизнь. Но он должен был выработать в себе спокойное, разумное отношение к Кейси, к их супружеской жизни.

   Отогнав эти правильные мысли, он возобновил прерванную беседу:

   – Что означало твое «А!»?

   – Ничего. – Она пожала плечами. – Я не знала, что тебя интересует позитивная визуализация.

   – Позитивная… что?

   – Визуализация. – Кейси выпрямилась и отошла на шаг.

   Джейк облегченно вздохнул.

   – Не понимаю, о чем ты? Я просто обвел красным фломастером то, что считал нужным для себя.

   – Вот именно. Позитивная визуализация – это концентрация энергии человека на желанном предмете и привлечение энергии из космоса для достижения этой цели.

   Он, не в силах удержаться, расхохотался. Она же выглядела чертовски серьезной.

   – Знал бы ты, сколько книг написано на эту тему! – воскликнула Кейси.

   – Так про неопознанные летающие объекты тоже есть горы книг! – возразил он.

   Она усмехнулась.

   – Это разные вещи. – И добавила: – Впрочем, все было, как я сказала, – ты сконцентрировал свою энергию и энергию космоса и получил, что хотел.

   – Конечно, – согласился он. – Как только собрал деньги на покупку земли у Дона.

   – Вот именно.

   Он засмеялся снова и, следуя за ней из кухни в гостиную, спросил:

   – И как ты это объяснишь?

   Она села в конце длинного дивана, стоявшего в гостиной, подождала, когда он сядет рядом, и только тогда ответила:

   – У тебя появились деньги не раньше, чем Вселенной стало ясно, что ты обязан купить землю.

   Джейк откинул голову на диванную подушку и уставился в потолок.

   – Ты удивительная, – произнес он.

   – Спасибо.

   Он задумался – ничего не видел и не слышал вокруг. В этот момент пускающее слюни существо, весом почти в тридцать фунтов, плюхнулось ему на живот. От неожиданности у Джейка перехватило дыхание.

   – Привет, малыш, – нежным голосом заворковала Кейси и засмеялась, глядя, как щенок радостно топтался у Джейка на животе.

   – А ну слезай, паршивый блохастый пес!

   Большая голова щенка поникла.

   – Джейк, ты задел его самолюбие, – заступилась за щенка Кейси.

   Если собака ни с того ни с сего прыгает ему на живот, то больше оснований обижаться ему, а не псу. Однако, поглядев в печальные глаза щенка, Джейк почувствовал себя чуть-чуть виноватым, что накричал на него.

   – Успокойся, Стамблз, – ласково сказала щенку Кейси. – Иди сюда и не приставай к папе.

   Джейк вытаращил глаза.

   – Какой я ему папа?

   Она не обратила на слова Джейка никакого внимания. Джейк наблюдал, как его жена обнимает и ласкает самое безобразное животное, какое он когда-либо видел.

   Серая с черным шерсть торчала клочками у щенка на лбу и лапах. А лапы у него были почти как у слона.

   Джейк до сих пор не мог себе объяснить, как у них появилась эта собака. Щенок, которого нарекли Стамблзом за то, что он при ходьбе спотыкался о свои собственные ноги, просто объявился у них как-то вечером да так и остался.

   Кейси тут же назвала его «рождественским гостем» и спокойно предупредила Джейка, что если щенка выбросить из дома, то он накличет на них какое-нибудь несчастье…

   Стамблз крутился волчком, пока не улегся на отведенном ему хозяевами месте в углу дивана. Положив голову на колени Кейси, он закрыл глаза и тут же заснул, посапывая. У Джейка поползли брови вверх от удивления, когда он увидел, как уютно устроился щенок.

   – Я всегда хотела завести собаку, – прошептала Кейси.

   Джейк нахмурился и покосился на беззаботно спавшего щенка. Если бы не Кейси, Стамблз, без сомнения, разделил бы участь всех бездомных собак.

   Вдруг он вспомнил Кейси подростком. На ранчо она любила всех животных – от амбарных кошек до лошадей…

   Джейк отогнал воспоминания и довольно резко сказал:

   – Ну, раз он решил остаться, нам надо отвести его в ветеринарную лечебницу на прививки.

   Кейси улыбнулась, и Джейк почувствовал себя на седьмом небе.

   – Еще ему нужен ошейник и бирка, чтобы его у нас не украли.

   Джейк засмеялся, и Стамблз заворчал, разбуженный шумом. Только Кейси, добрая душа, могла решить, что такого уродца кто-нибудь украдет. Но раз она хочет, чтобы ее собака была в ошейнике и с биркой, то так тому и быть.


   Кейси стояла в кухне у стола и осматривала оценивающим взглядом результаты своего труда. Все мышцы у нее болели. Полночи она провела на ногах…

   Стамблз, лежавший под кухонным столом, вдруг застучал хвостом по полу и заскулил.

   – И не проси, – сказала она со смехом. – Эти лакомства не для тебя.

   Пес положил голову на лапы и печально наблюдал, как его хозяйка принялась ходить по кухне и что-то пересчитывать.

   Кейси, со списком в руке, смотрела на аккуратно расставленные на столе корзины и проверяла список уже в третий раз.

   – «Наполеон» – есть. Крем-брюле – есть. Эклеры – есть. А сколько разного печенья! Тут и звездочки, и ангелочки, и деды-морозы; все покрыто глазурью и украшено разноцветной сахарной крошкой. Наверное, эльфы и гномы в праздник угощают друг друга именно таким печеньем.

   Кейси дошла до края стола и облегченно вздохнула.

   – Закончила! Теперь можно себя похвалить: хорошая работа.

   Этот заказ был самым ответственным из тех, что она выполняла после свадьбы. Заказ от Женской благотворительной ассоциации Симпсона, ежегодно проводившей рождественский сбор средств, мог стать для Кейси многообещающим началом перемен в ее жизни. Если, нашептывал внутренний голос, дело не кончится сокрушительным провалом.

   – Ну как, готово?

   Кейси обернулась. В дверях стоял Джейк. Прислонившись к косяку и сложив руки на груди, он смотрел на нее так, что от его взгляда у нее пересохло во рту. Сердце было готово выпрыгнуть из груди.

   Но этот взгляд угасал буквально у нее на глазах. Кейси охватило знакомое чувство разочарования. Ей только кажется, будто дела идут у них на лад. Они все еще спят в разных спальнях.

   – Кейси!

   – Да? – Она тряхнула головой. – Извини, я задумалась.

   Он перешагнул порог и, подойдя к ней, спросил:

   – Ну как, ты едешь?

   – Джейк, не стоит тебе везти меня в город, я сама все доставлю – поеду на грузовике.

   – Мне не трудно. К тому же я не хочу, чтобы ты поднимала коробки, загружая и разгружая грузовик. – Он вздохнул. – Ты выглядишь очень уставшей, – добавил он, и от его хрипловатого голоса в душе у нее что-то дрогнуло.

   Однако она справилась с собой и сказала:

   – Я провозилась с заказом почти всю ночь.

   – Тебе вредно поздно ложиться спать и так много работать. – Он внимательно оглядел ее с головы до ног. – Ты в положении, Кейси. Тебе надо побольше отдыхать.

   – Я чувствую себя хорошо.

   – Когда тебе к врачу?

   – Сегодня в три, – ответила Кейси.

   – Как ты думаешь, доктор разрешит мне присутствовать?

   – Доктор сказала, что она рада видеть всех отцов, пусть только ведут себя хорошо.

   – Прекрасно. – Он кивнул и принялся складывать картонные коробки, а затем стал заполнять их пирожными. – Я хочу посоветоваться с врачом по поводу твоих кулинарных заказов. Я боюсь, как бы ты не навредила себе и ребенку.

   – Джейк…

   – Что же в этом плохого, если я спрошу?

   Она вздохнула и переменила тему:

   – Я думаю, что успею зайти к Энни перед посещением врача.

   Он кивнул.

   – У меня дела в городе, так что сначала доставим твой груз по назначению, а потом я подброшу тебя к Энни, в парикмахерскую. Я за тобой заеду.

   Она знала, что спорить бесполезно. Похоже, Джейк будет хорошим отцом.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

   – Кажется, я схожу с ума! Фрэнк Парриш рассмеялся – уж очень серьезным тоном была сказана эта фраза. И пододвинул стул сыну.

   – Ты не сходишь с ума, Джейк. Просто ты тратишь уйму времени на споры с собственным здравым смыслом, вместо того чтобы прислушаться к нему.

   Джейк отошел от окна с видом на городской парк – там как раз устанавливали огромную рождественскую елку. Но настроение у него было совсем не праздничное. Вопросительно взглянув на отца, сидевшего в старом удобном кресле, Джейк спросил:

   – И что это значит?

   – Я думаю, ты и сам понял, что это значит. И испугался!

   – Испугался? – Джейк усмехнулся. – Вовсе нет, папа.

   – У тебя прекрасная жена, и к тому же очень хорошенькая, – сказал Фрэнк. – Скоро у вас будет ребенок. У тебя крепкое хозяйство, большой удобный дом, ты прикупил землю, о которой так давно мечтал. Казалось бы, живи да радуйся! Предположим, ты не испугался. Но тогда почему ты такой несчастный?

   А ведь правда, подумал Джейк.

   – Ты постоянно выискиваешь грозовые тучи, вместо того чтобы радоваться под лучами солнца.

   – А если я зазеваюсь и попаду под дождь с грозой, что тогда? – спросил Джейк.

   – Тогда ты промокнешь, – ответил отец.

   Джейк рассмеялся.

   – Но как только обсохнешь, начнешь все заново, – добавил Фрэнк Парриш.

   – Нет уж, спасибо. – Джейк понимал, что нынешняя гроза была бы гораздо страшнее, чем в те времена, когда он был с Линдой. Он до невероятности увлечен Кейси, и даже сам не подозревал, что на такое способен.

   Каждый день, проведенный с нею, – замечательный. Слушать ее голос, слышать звук ее шагов по когда-то погруженному в глубокую тишину дому – с этой чертовой собакой, следовавшей за ней по пятам! – было для него сладкой музыкой. Он понял только теперь, каким был одиноким до появления Кейси.

   Но если он привяжется к ней, если скажет, что любит ее, то каково ему будет, когда они… вдруг расстанутся? Боль утраты убьет его.

   – Конечно, тебе решать, – сказал отец.

   – Что решать? – спросил Джейк.

   – Или любить, воспользовавшись представившимся случаем, или, – продолжал Фрэнк, – махнуть на все рукой и жить по старинке, как последние несколько лет.

   Вот такой расклад. Прозябать в одиночестве?

   Или же, обмирая от страха, шагнуть навстречу новой жизни?


   – Ну, как самочувствие?

   Кейси улыбнулась Энни.

   – На все сто! – Потом посерьезнела. – А мне сказали, что я буду ужасно себя чувствовать. Как ты думаешь, у меня что-нибудь не в порядке?

   – Я думаю, что все прекрасно и ты напрасно беспокоишься. – Энни расчесывала мокрые седые волосы клиентки расческой с редкими зубьями. – Вам здесь понравится, миссис Дитер, – обратилась она к ерзавшей в кресле старушке. – Ни о чем не беспокойтесь. – Энни перешла почти на крик: – Миссис Дитер, что-нибудь не так? А?

   – Какая драка? – испуганно вскрикнула старушка.

   Кейси тихонько рассмеялась, поймав веселый взгляд Энни, и огляделась. Характерный острый запах состава для завивки наполнял крошечный салон красоты. Энни была его единственной владелицей и работницей.

   Пока подруга была занята и они не могли пойти вместе позавтракать. Кейси устроилась за журнальным столиком с каталогом «Товары – почтой». Но мысли ее вернулись к Джейку.

   О, отношения между ними определенно улучшились сразу же после положительной пробы на беременность. Они стали беседовать по вечерам. Джейк был сама предупредительность – то предложит чаю, то принесет подушку. Типичный будущий папаша из кинолент пятидесятых годов.

   Но они все еще спали в разных спальнях.

   – Ну как у вас, по-прежнему? – спросила Энни.

   Кейси оторвала взгляд от каталога.

   – Все то же, – сказала она тоном неудачницы. И возненавидела себя за это. Но что же ей делать? Видимо, она не очень привлекательна.

   Кроме того, возможно ли соблазнить собственного мужа?

   – Послушай, – спросила она у Энни, – в твоих журналах не попадалась статья о том, как вернуть мужа в постель?

   Энни открыла было рот, но миссис Дитер опередила ее.

   – Встретьте мужа голой в дверях, – проговорила она резким голосом. – На мистере Дитере это всегда срабатывало.

   Кейси посмотрела на Энни. Энни посмотрела на Кейси. Потом они обе уставились на старую женщину.

   – На Рождество, – продолжала старушка, – я обычно обвивала себя широкой красной лентой и завязывала большой бант как раз между грудями. – Она грустно опустила глаза на свои обвислые груди. – Они у меня были тогда очень соблазнительные. Мистер Дитер приходил в неописуемый восторг, глядя на них. – В комнате воцарилась глубокая тишина, и женщина добавила: – Вы думаете, я всегда была такой старой?

   Энни засмеялась первой, затем наклонилась и поцеловала старушку в пергаментную щеку.

   – Миссис Дитер, – сказала она, – сегодня я постригу вас бесплатно.

   – Зовите меня Агнес, – предложила старушка.

   Пока Энни с Агнес весело смеялись, Кейси подумала: что подошло мистеру Дитеру, может подойти и мистеру Парришу.


   Кейси и Джейк направлялись от занесенной снегом автостоянки к клинике. Из встречных людей четверо поздравили их с предстоящим рождением ребенка. Кейси не выдержала и спросила у Джейка:

   – Неужели уже заметно, что у меня будет ребенок?

   Джейк взял ее за руку и потащил к залитому огнями новому зданию клиники.

   – Я же говорил тебе, что тетя Эмма со своим телефоном заменит тиражи всех городских газет.

   – Она добрая, – прошептала Кейси.

   Джейк взглянул на жену с высоты своего роста и улыбнулся.

   – Если бы мы сообщили о ребенке тете Эмме и дяде Гарри не вчера вечером, а неделю назад, представляешь, что было бы?

   – Страшно подумать, – Кейси покачала головой и ускорила шаг, чтобы не отстать от Джейка.

   Через несколько минут их провели в смотровую. Кейси прошла за ширму, сняла одежду и надела смешное, с открытой спиной, платье из розовой хлопчатобумажной ткани. Взобравшись на смотровое кресло, Кейси обернулась к Джейку.

   – Пойми, здесь тебе нельзя оставаться. Тебе можно будет войти, когда доктор закончит осмотр. Тогда и задашь свои вопросы.

   – Если ты не против, я останусь.

   Кейси едва удержалась, чтобы не рассмеяться.

   – Не беспокойся, со мной все в порядке. Через минуту в комнату вошли доктор с медсестрой.

   – Ну что, ждем малыша, да? – ласково проговорила врач.

   – Похоже, так: проба на беременность была положительная, – ответила Кейси.

   Доктор покачала головой и проговорила с лукавой улыбкой:

   – Я скоро останусь без работы из-за этих наборов для определения беременности. – Взглянув на Джейка, она поинтересовалась: – Вы останетесь?

   – Если можно, – пробормотал он.

   – Хорошо, оставайтесь, только, пожалуйста, присядьте.


   В тот же вечер Кейси на кухне дождалась возвращения мужа.

   Она огляделась.

   Стол был красиво сервирован. В камине потрескивали поленья. Тушившееся мясо тихо булькало на медленном огне. В холодильнике стояло блюдо со свежими эклерами.

   Все готово.

   И она тоже.

   Кейси пригладила волосы, как только услышала, что джип Джейка въехал во двор. И похолодела от страха. Настало время узнать, сработает ли совет миссис Дитер…

   Она нервно поправила широкую атласную красную ленту, завязанную бантом на груди. Правда, бант получился немного кривой, но, подумала Кейси, Джейк не обратит на это внимания. Ему будет не до эстетики.

   Кейси встала поближе к камину. На ней ничего не было, кроме ярко-красной ленты, и она почувствовала, что начинает мерзнуть.

   Хлопнула наружная дверь, и Кейси вся сжалась. Если этот трюк на него не подействует, она не знает, что тогда будет. Она постаралась напустить на себя беспечный вид и стала ждать.

   Джейк вошел в прихожую, поставил сумку, снял пальто и стянул сапоги. Ноздри защекотал аппетитный запах, доносившийся из кухни. Человек так уж устроен – быстро привыкает к хорошему. Давно ли он, Джейк, возвращался после долгого рабочего дня в пустой дом и ел обед, приготовленный в микроволновой печи из замороженных продуктов?

   С Кейси все стало иначе.

   Он прислонился к стене и мысленно спросил себя: что, он и дальше будет жить с женой так… в разных спальнях? Тяжело каждый день делать вид, будто равнодушен к ней.

   Вспомни, одернул он себя, Линду. Вспомни боль разочарования, когда обнаружилось, что она все время лгала тебе, притворяясь любящей женой.

   Резко тряхнув головой, он выпрямился и направился к кухонной двери. Вошел в теплую, насыщенную вкусными запахами комнату, и все разумные мысли вылетели у него из головы.

   – Счастливого Рождества, Джейк! – поздравила его Кейси.

   Глаза у него округлились. В мягком свете ее кожа выглядела молочно-белой, как дорогой фарфор. Обвивавшая ее широкая лента была завязана небольшим бантом в ложбинке между грудями. Концы ленты спускались вниз по ее животу, привлекая его внимание к треугольнику золотистых завитков на стыке бедер. Пока он любовался Кейси, она изменила позу, и лента затрепетала от ее движения.

   У Джейка от волнения пересохло во рту. Сердце было готово выпрыгнуть из груди. Он понял, что его борьба закончилась.

   – Еще три недели до Рождества, – сказал он, обретя наконец дар речи.

   – Рождество уже совсем близко. – Кейси пожала плечами, и у него перехватило дыхание, когда лента немного сползла с ее левой груди.

   Он с жадностью обвел ее взглядом. Какой замечательный рождественский подарок! Санта-Клаус никогда прежде не был так щедр с ним.

   Время шло. Надо было что-нибудь сказать. Вот только что?

   – Как вкусно пахнет!

   – Это тушеное мясо, – проговорила Кейси.

   Он кивнул и тут заметил, что она так вцепилась в край стола, что у нее побелели пальцы. Нервы? Он спросил:

   – А что на десерт?

   Она кашлянула и, переминаясь с ноги на ногу, посмотрела на холодильник:

   – Эклеры с шоколадным кремом.

   – Я хотел бы тебя!

   Ее рука, вцепившаяся в стол, разжалась. Кейси нерешительно шагнула к нему.

   Он заметил, что она вся покрылась гусиной кожей от холода. Он бросился к ней и заключил жену в объятия. Растирая ее гибкое, обвитое лентой тело, он прошептал.

   – Мне уже можно открыть свой рождественский подарок?

   – Вот наступит ночь, тогда и откроешь, – сказала Кейси тихо, и по ее телу прошла волна дрожи.

   Джейк привлек жену к себе, желая согреть, но тут их губы непроизвольно слились, и Джейк решил, что больше никогда не будет избегать ее.

   Руки Кейси скользили по его рукам и плечам, пальцы ерошили его волосы. Ее дыхание обжигало ему щеку. Он гладил ее спину, наслаждаясь нежной, как шелк, кожей.

   Она вздрогнула, когда он потянул за ленту.

   Бант развязался, и лента с тихим шелестом упала на пол к ее ногам. Джейк улыбнулся, положил руки ей на талию и, подняв, посадил ее на край стола.

   – Что, прямо сейчас? – тихо спросила она.

   – Кейси, – проговорил он назидательным тоном, – ты сомневаешься во мне? Я предпочитаю начать с десерта.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

   Она сидела на холодной мраморной столешнице совершенно голая и уже стала покрываться мурашками, но от одного взгляда на Джейка ее бросило в жар.

   Он нагнулся и стал целовать ее груди. Крепко вцепившись в край столешницы, Кейси задрожала от неописуемого восторга, наполнившего ее душу.

   Желание становилось нестерпимым.

   – Джейк, – игриво произнесла она, – хорошие мужья не мучают своих жен.

   – А какая жена хочет, чтобы ее муж был хорошим?

   – Я.

   И Джейк опрокинул ее на спину на столешнице.

   Не только тело Кейси ликовало от ласк Джейка, но и душа ее птицей взвилась ввысь. Вот так и должно быть. Им суждено остаться вместе. Навечно.

   – Джейк!.. – Неизъяснимая вспышка удовольствия пронзила ее, и она выкрикнула его имя чужим, сдавленным голосом.

   Несколько минут она лежала, обессиленная, на столешнице. Потом открыла глаза, чтобы взглянуть на него. Потянулась к нему, прижалась к его груди… Джейк взял ее на руки и понес в свою спальню.

   Положив жену на постель, разделся и лег рядом. Он гладил ее торопливо, будто слишком долго ждал случая прикоснуться к ней, будто не мог вдоволь насладиться ею.

   Такого желания он прежде никогда не испытывал. Все его тело ныло в предвкушении счастья. И тело Кейси вторило ему. Эту тихую мелодию без названия он услышал только сейчас… Мелодию, проторившую помимо его воли путь к его сердцу и ставшую такой же неотъемлемой частью его жизни, как дыхание.


   Немного погодя они лежали в постели, крепко прижавшись друг к другу. Голова Кейси покоилась на груди мужа. Джейк гладил спину Кейси, восхищаясь ее нежной, шелковистой кожей. И благодарил судьбу за доставшийся ему бесценный подарок… за Кейси.

   Она ласково провела пальцами по его груди. Раз, другой…

   Как хорошо! Так должно быть всегда. И страшно потерять все это.

   – Обед, наверное, остыл? – выпалил он в целях самообороны.

   – Ты способен думать о еде? Сейчас? – воскликнула она и высоко подняла красивые брови.

   – Я так проголодался, что ни о чем другом думать не могу. – Он улыбнулся. – Пока не поем.

   – Ясно, – сказала она. – Надо тебя покормить.

   Кейси перевернулась на бок и вытащила из стопки чистого белья одну из футболок Джейка. Держа ее перед собой, Кейси спросила:

   – Обедать будем нагими или оденемся?

   Ее красивые ноги виднелись из-под футболки. Кейси покачивалась из стороны в сторону, дразня его своими бедрами.

   – Хорошие жены не мучают своих мужей, – напомнил он. – Брось мне мое белье.

   – Вот и закончился медовый месяц. – Она нарочито громко вздохнула и надела футболку, которая повисла на ней, как на вешалке. Потом, взяв белье и для Джейка, взобралась на кровать. Усевшись рядом с ним и поджав под себя ноги, Кейси улыбнулась ему. – Как же я люблю тебя, Джейк Парриш!

   Последовавшая за этим признанием гнетущая тишина, казалось, длилась целую вечность. Потом Джейк надел белье. Он избегал смотреть Кейси в глаза, а та была потрясена его молчанием.

   – Кажется, медовый месяц и в самом деле прошел, – наконец проговорила она и соскользнула с края кровати.

   Джейк глубоко вздохнул.

   – Кейси…

   – Не надо. – Она протянула к нему руку и покачала головой.

   – Что не надо? – спросил он.

   – Не надо говорить мне, что наш брак отличается от других тем, что это вынужденная сделка и о любви не может быть и речи.

   – Так оно и есть, – сказал Джейк.

   – Для меня это брак по любви. – Кейси направилась к двери. Остановившись на полпути и повернувшись к Джейку, она буквально испепелила его взглядом. – Ясно. Ты не любишь или не хочешь любить меня.

   – Дело не в тебе, – возразил он. – Все дело во мне. Я больше никого никогда не полюблю.

   – Ты упрям как бык, Джейк.

   – Что?

   – То, что слышал.

   – Кейси…

   – То, что мы только что испытали, было…

   – …вожделением, – закончил он за нее.

   – В самом деле?

   На какое-то мгновение он опустил глаза, и Кейси поняла, что для него это было не просто вожделение. Он любит ее. Но не хочет признаться – из-за своего упрямства.


   Прошла неделя, а он все так и не смог понять, почему его план дал сбой… Стамблз обернулся и залаял ему прямо в лицо.

   – Ладно, – прошептал Джейк, сдвинув собаку с колен на сиденье, – смотри в окно.

   Стамблз послушно встал на задние лапы, положив передние на опущенное ветровое стекло и высунув голову навстречу ветру. Снега не было всю неделю, и солнце превратило ранее выпавший в грязное месиво. Вокруг все было черно. Но картина соответствовала его настроению. Эта часть дороги была ему настолько знакома, что он мог проехать по ней с закрытыми глазами. Даже в слякоть. Его мысли, переходя с одного на другое, естественно, остановились на Кейси. Всю неделю она была милой и приветливой. Ни слова о любви до гроба. Они проводили дни и вечера вместе. Не отказывали себе в близости. Он помогал ей управляться с растущим числом заказов на пирожные и другие сладости и особенно поощрял ее интерес к книгам по ведению дел на ранчо. Они вместе мечтали о малыше и о Рождестве, играли со Стамблзом и обсуждали, как обставить детскую. Только вчера они съездили и спилили высокую елку, которую поставили в доме, чтобы ближе к празднику нарядить.

   Черт возьми, судьба послала ему то, о чем он так давно мечтал. Чего ему еще не хватает?

   К сожалению, он больше не читает в глазах Кейси слов любви.

   – Проклятье, она даже тебе говорила сегодня, что любит тебя, – обратился Джейк к собаке.

   Стамблз заскулил, спрыгнул с сиденья и положил голову ему на колени.

   – Ну да, да. Я тоже люблю тебя. – Джейк почесал Стамблза за ухом.

   Вдалеке на дороге, ведущей с ранчо, показался большой коричневый фургон.

   Джейк прищурился от яркого солнца. В нем зародилось какое-то смутное беспокойство. Фургон приближался, и Джейку становилось все больше не по себе. Когда между ними осталось футов десять, Джейк свернул на обочину и затормозил, пропуская встречную машину.

   Водитель фургона дружески помахал ему рукой. А Джейк… еще долго не трогался с места. Двигатель работал вхолостую, Стамблз лаял на него, а он смотрел в сторону дома.

   Все вернулось на круги своя.


   – Да, я понимаю, мама, – говорила в трубку Кейси, когда он тяжелыми шагами вошел в кухню. – Я подумала, что тебе будет интересно узнать об этом. Я никогда и не надеялась, что ты чем-нибудь поможешь мне.

   Он взглянул на Кейси. Та улыбнулась ему, а он не смог. Ему не до улыбок. То, чего он так боялся, началось.

   – Мама, я понимаю, что бабушка из тебя не получится. Никому и в голову не придет просить тебя испечь печенье или сменить подгузники.

   – Упаси Господи!

   – Я знаю, мама…

   По всей вероятности, говорить с матерью по телефону было еще неприятней, чем лично. В другое время он бы посочувствовал Кейси, но не сейчас. В эту минуту он хотел одного – погрузиться в волны гнева и разочарования, нахлынувшие на него. И похвалить себя за осторожность в отношении Кейси. Выходит, он поступил правильно.

   Быстро пройдя кухню, он двинулся по коридору. Мимоходом заглянул в большую комнату, где у окна стояла еще не наряженная елка. Но ему сейчас было не до нее. Коричневый фургон привез покупки. Джейк знал, где их искать. Разумеется, в его спальне, где же еще!

   Каждый раз, когда Линде доставляли очередной заказ, покупки складывались на кровати. И его бывшая жена наслаждалась зрелищем, устроившись со всеми удобствами. Он не позволит, чтобы все началось сначала! Линда почти разорила его своими чудовищными расходами. Она была единственной из всех знакомых ему женщин, которая каждую неделю требовала новую пару обуви…

   Джейк сразу увидел их – сравнительно небольшую кучку свертков, лежавших на стуле около двери. Схватив один из них, он развернул упаковочную бумагу, открыл коробку – и выяснил, на что Кейси истратила деньги… их общие деньги.

   Фланелевая рубашка.

   Для него.

   Нахмурившись, Джейк быстро просмотрел остальные свертки. Он разворачивал бумагу и бросал ее прямо у двери. Фланелевые рубашки. Носки. Джинсы и дождевик.

   Все – ему.

   И это были вещи, какие он сам бы выбрал себе, если бы мог выкроить время, чтобы съездить в магазин.

   Вернув последний сверток на место, Джейк взъерошил волосы. Смущенный, он старался понять, как все это вписывается в его теорию.


   – Так-так, – сдержанно сказала Кейси у него за спиной. – А я-то думала, что ты увидишь свои подарки утром на Рождество. – Она улыбнулась и кивнула на разбросанную по полу бумагу. – Хорошенькое дело! Теперь мне нечего подарить тебе… Ты как ребенок.

   – Здесь все – мне, – наконец произнес он.

   – И что не так? – спросила она, подбирая бумагу.

   – Все так, – ответил он. – Но мне непонятно… И когда ты успела это купить?

   – Я была в салоне у Энни. Там лежал толстый каталог… Только не говори сестре, что я стащила его. Но ведь джинсы у тебя износились, старый дождевик разорван и протекает, а твои носки изгрыз Стамблз.

   Она все подметила. И накупила ему новой одежды. Слегка нахмурившись, Джейк стал подбирать бумагу, которую в бешенстве швырял на пол. Когда он выпрямился, Кейси внимательно посмотрела на него.

   – Тебя удивляет, что я купила тебе одежду? Да?

   – Ну да… – Он замялся.

   – Джейк, я же твоя жена, – она пожала плечами и встала на цыпочки, чтобы запечатлеть поцелуй на его щеке. – Я… – Она осеклась и покрутила головой.

   Она чуть не сказала запрещенные три слова.

   Кейси и не подозревала, что непроизнесенные слова могут причинять такую боль.

   – Как хорошо, что ты вернулся, – сказала она, торопясь сменить тему разговора. – Я бы хотела вечером украсить елку.

   – Угу, – машинально произнес Джейк. Он все еще не мог привыкнуть к мысли, что на свете есть женщина, покупающая подарки ему, а не себе.

   – Я хочу вот о чем с тобой договориться, – продолжала она, повысив голос, чтобы вывести его из задумчивости. – Гирлянду из лампочек надо повесить на елку первой. Ты ее развесишь или это сделать мне?

   – Лампочки? – повторил он, постепенно возвращаясь к действительности. – Я сам все сделаю. Без лестницы не обойтись. А ты можешь упасть с нее.

   Она кивнула:

   – Хорошо, спасибо. Сегодня в гараже я нашла старую коробку с елочными украшениями, я их повешу на елку. Вот будет здорово!

   Он совсем запутался.

   – Но я же показал тебе, где лежат новые елочные игрушки. – Он немало заплатил за набор стеклянных шариков и прочих подобранных им в тон украшений. Ведь Линда любила все самое лучшее.

   – Да, – сказала Кейси нерешительно, – но, понимаешь, мне почему-то захотелось взять именно те игрушки, которыми еще твоя мама каждый год украшала елку. Ладно, Джейк, – вздохнув, добавила она, – игрушки, которые ты вчера показал мне, действительно очень красивые, однако… с ними наша елка будет будто… украшенная дизайнером. – Она пожала плечами. – На наше первое Рождество мне бы хотелось чего-нибудь…

   – Необыкновенного? – подхватил он.

   – Домашнего, – поправила она. – Можно я возьму игрушки твоей мамы?

   – Конечно, – поспешил ответить он. Только он не понял, зачем это.

   – Вот и хорошо. – Кейси улыбнулась и направилась к двери. – Ужин ждет. Иди умойся. После ужина мы будем готовиться к празднику. Скоро наступит Рождество.

   Рождество, подумал он. Рождество с мамиными елочными игрушками, настоящей елкой и Кейси. У него есть все для полного счастья. Что же мешает ему быть счастливым?

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

   На следующее утро Кейси, веселая и жизнерадостная, стояла в большой комнате, провожая Джейка.

   – Убрала бы лестницу, – сказал он недовольно.

   Она усмехнулась и подняла правую руку:

   – Торжественно обещаю: лестницей пользоваться не буду. – Кейси оглядела развешанные накануне гирлянды лампочек, обрамлявшие фасадные окна от пола до потолка. Веселые огоньки отражались в оконных стеклах. – Хорошо, правда?

   – Красиво, – тихо произнес Джейк.

   Кейси обернулась и поймала его взгляд, но… направленный не на лампочки, а на нее. Радость волной захлестнула ее. Он ее любит! Она видит это по его глазам. Но почему бы ему не признаться ей в этом?

   – Ты не передумала ехать в город на своей машине? – спросил он довольно резким тоном. – Я оставлю тебе джип, а меня захватит с собой один из твоих братьев.

   Кейси покачала головой. Ее муж будет таким всю ее беременность? Беспокоится о каждой мелочи, следит за ее питанием. И все никак не поймет, что любит ее.

   – Ты поезжай вперед, – сказала она. – Твой джип примнет снег, и моя машина не будет буксовать.

   Он кивнул и взял удочку.

   – Постараюсь вернуться засветло.

   – Я буду дома, – пообещала она.

   Он полюбовался ею, потом наклонился и поцеловал. Джейк хотел просто коснуться ее губ, но Кейси в каком-то неосознанном порыве обвила его шею руками и крепко прижалась к его губам.

   Он бросил удочку и обнял жену. Не важно, что их разделяет. Они испытывают невероятное, потрясающее чувство, стоит им коснуться друг друга. Когда она убедилась, что полностью завладела его вниманием, она оторвалась от него и отошла на шаг. Увидев страдание на его лице, Кейси поняла, что достигла цели. Вот, она вынуждена притвориться, будто разделяет его нелепые представления о том, каким должен быть их брак. Но обещать, что ему при этом будет легко, она не может.

   – Отдыхайте, – сказала она. – Передай привет Натану и всем остальным.

   Джейк шумно вздохнул.

   – Я знаю, что мне не стоит уезжать из дома. Удивительно, но он решил отказаться от рыбалки с ее братьями и остаться с ней!

   Однако Кейси выпроводила его из кухни.

   – Поезжай. Вы начали говорить о подледном лове еще на нашей свадьбе.

   Он поднял удочку, ящик со снастью и направился к двери.

   – Да, это удачная мысль – съездить на подледный лов, – сказал он.

   – Просверлить лунку во льду и, съежившись от холода, весь день сидеть около нее в ожидании, когда клюнет рыба, может быть, и неплохая идея. Но не для меня. – Кейси улыбнулась и подняла воротник его полушубка.

   – Это потому, что ты – девчонка, – заявил он. – Девчонкам не понять увлечения ребят.

   Возможно, и так, подумала Кейси. Но девчонкам хватает ума воспользоваться отсутствием мужей, отправившихся по своим мужским делам. Пока Джейк и ее братья будут на озере, она позвонит Энни. Для того чтобы избавить Джейка от гнетущих воспоминаний о первом браке, ей нужно точно знать, с чем бороться.

   Кейси стояла у окна и махала Джейку рукой до тех пор, пока он не выехал со двора. Потом взяла чашечку какао и подошла к камину погреться. Сидя с чашечкой горячего какао, она смотрела на языки пламени и обдумывала план действий.


   – Стоило мужу заработать десять центов, как она тут же тратила их, – сказала Энни и потянулась за следующей только что испеченной булочкой с корицей. – Какие вкусные, Кейс! Но не надо подкупать меня, чтобы вызвать на разговор.

   – Мне и в голову не пришло бы подкупать тебя. Считай, что это поощрение. Итак, – Кейси протянула Энни кофейник, – причина развода Джейка с Линдой в том, что она безудержно сорила деньгами? – Про себя Кейси подумала: это объясняет его поведение в тот день, когда посыльный привез заказанные ею вещи на ранчо.

   – Это была одна из причин, но – не решающая.

   Кейси через плечо бросила взгляд в сторону гостиной. Она не хотела, чтобы Лайза случайно услышала, как мама и тетя говорят о ее дяде. Из гостиной доносились приглушенные звуки утренней детской телепередачи, изредка сопровождаемые смехом Лайзы. Стамблз и девочка немедленно подружились, чему способствовало то, что Лайза поделилась с псом булочкой.

   Снова обернувшись к подруге, Кейси налила себе черного кофе, вдохнула его аромат и грустно проговорила:

   – Расскажи мне все.

   – Видишь ли, Джейк действительно был убежден, что любит эту женщину.

   Глупо, конечно, но слова подруги больно ранили Кейси. Скорее всего, ему только казалось, что он любит Линду. Однако же он женился на ней. Впрочем, факт женитьбы еще ничего не доказывает. Теперь вот он сделал своей женой Кейси. И хочет убедить ее и себя, что не любит ее.

   – Откровенно говоря, – продолжала Энни, облизывая глазурь с кончиков пальцев, – я никогда не могла понять, что он нашел в этой женщине. У нее были такие злые глаза…

   Кейси похлопала подругу по руке.

   – Ну, а дальше что?

   – Дальше все очень просто, – сказала Энни и подняла кофейную чашечку двумя руками. – В один прекрасный день он пришел домой довольно рано – часов в двенадцать дня – и застал дорогую Линду в постели с продавцом автомобилей «БМВ».

   – Что ты говоришь?! – воскликнула Кейси.

   – Ну да. – Энни сердито поджала губы. – Джейк стоял под дверью своей спальни и слышал, как его жена говорила любовнику, что тому нечего бояться ее мужа – он ни о чем не догадается. И потом, он любит ее до безумия. Муж простит ей что угодно.

   Боже мой! Буря эмоций захлестнула Кейси. Прежде всего это был гнев. На Линду, причинившую Джейку такую боль. Но скоро сочувствие к Джейку, которому нанесли тяжелую душевную травму, взяло верх.

   Неудивительно, что он избегал объяснений в любви. Неудивительно, что он не мог заставить себя открыто проявлять к ней внимание и любовь. Однажды он все это уже испытал, но его сердце было разбито.

   – Этот ужасный брак длился недолго, – продолжала подруга. – Но я пришла к выводу, что он не любил Линду по-настоящему.

   – Что ты имеешь в виду? – спросила Кейси.

   – Джейк больше негодовал и злился из-за оскорбленного самолюбия, чем страдал от измены. Он упрекал себя за то, что такая непорядочная женщина оставила его в дураках.

   Облокотившись на стол и подперев рукой подбородок, Кейси задумчиво прошептала:

   – Уж теперь-то он с любой женщиной будет очень осторожен.

   – Ну, это у него со временем пройдет, – сказала Энни, пожав плечами.

   – Я так не думаю. – Кейси выпрямилась. – Твой брат знает, что я его люблю, но считает, что нам нужен нормальный современный брак без любви с обеих сторон.

   – Очень удобная позиция. – Энни передернула плечами.

   – И я ему в этом подыгрываю, – сказала Кейси.

   – Ты что, чокнулась?

   – Мама, – позвала Лайза из гостиной, – я хочу на голшок!

   – Иди, иди, золотце, я сейчас приду к тебе.

   – Вовсе я не чокнулась. – Кейси откусила от булочки. – Я-то считаю, что отношения между мужем и женой должны быть близкими и доверительными.

   Подруга посмотрела на нее с сочувствием, поскольку знала, какие отношения существовали между Хендерсоном и Хиллари. Родители Кейси состояли в так называемом браке по расчету. И у них в доме никогда не царили мир и покой.

   Потому-то Кейси и мечтала о другом браке.

   Теперь у нее был шанс воплотить свои мечты в жизнь. Главное, что ей надо сделать, – убедить Джейка, что она любит его по-настоящему. И что, ответив на ее любовь, он обретет радость и счастье.

   – Мама! – послышался голос Лайзы. – Я уже!

   Кейси улыбнулась. Только дети умеют так кратко и точно выражать свои мысли.

   Энни со вздохом поднялась. На ходу она произнесла:

   – Привыкай к этим хлопотам. Время летит быстро, скоро и ты будешь вертеться как белка в колесе.

* * *

   Прошло три дня. Кейси кое-что придумала и надеялась, что решит свои супружеские проблемы. Она посмотрела на сложенную газету на кухонном столе и улыбнулась. Это сработает, обязательно сработает.

   Потом она заглянула в кастрюлю, стоявшую на плите, и помешала содержимое. Сироп из лимонного сока с сахаром бурно кипел и пенился, разве что не выплескивался. И в этот момент кто-то постучал в дверь. Кейси нахмурилась.

   Взглянув на Стамблза, она невольно улыбнулась. Ее бесстрашный заступник, крепко спавший под кухонным столом, даже ухом не повел.

   Кейси вновь посмотрела на лимонный сироп для безе и задумалась. Если сейчас снять сироп с огня, то он будет испорчен. Если оставить на огне и пойти посмотреть, кто пришел, то сироп убежит и зальет всю кухню.

   Решив, что закоренелый убийца не стал бы стучаться в дверь, она крикнула:

   – Войдите!

   – Кейси!

   Низкий бархатистый голос. Голос, который она часто слышала еще совсем недавно. Стивен.

   – Кейси! – позвал он снова. – Где ты?

   Она откашлялась, нервно проглотила слюну и сказала:

   – Я здесь.

   Стивен появился в дверях кухни и остановился. Пристально посмотрел на нее. Ни один из них не мог вымолвить ни слова.

   Наконец Стивен первый нарушил молчание.

   – Можно войти? – спросил он.

   – Ты уже вошел. – Кейси решила, что не стоит на него злиться. Если уж говорить начистоту, она рада, что он бросил ее. Если бы он не сбежал в Мексику, ей никогда бы не представился случай вернуться к Джейку. Настроившись на этот лад, она улыбнулась и кивнула: – Проходи, Стивен.

   Он почувствовал себя смелее, снял шарф и распахнул пальто, пока шел через кухню к ней. Ее бывший жених хорошо выглядел. Хотя он не был таким красивым и высоким, как Джейк, все же Стивен Миллер умел вызвать сердечный трепет у женщин.

   – Располагайся, – сказала Кейси. Она не могла не заметить, что он ожидал получить от нее пощечину. – Бить я тебя не собираюсь.

   – Я ни в чем не виноват перед тобой, но ценю твою сдержанность, – сказал он и лукаво улыбнулся.

   – Что тебя привело сюда, Стивен?

   И почему он появился здесь именно сегодня? Она решила собрать все свое мужество и ринуться в борьбу за Джейка.

   – Когда я вернулся домой из Мехико, моя мама сказала, где ты теперь живешь.

   – Ты ответил на вопрос, как сюда попал, но не сказал, что тебя сюда привело.

   – Верно. – Он заглянул в кастрюлю, в которой Кейси все еще взбивала сироп, выпрямился и отошел к запотевшему кухонному окну. Удалившись таким образом от Кейси футов на десять, он продолжил: – Я считаю своим долгом собственными глазами убедиться, что у тебя все в порядке.

   – Сейчас – да, – отчетливо произнесла она. – А вот после твоей записки я бы этого не сказала.

   Он поморщился и нагнулся, чтобы погладить Стамблза. Пес, предатель, приветливо завилял хвостом.

   – Кейси, я до сих пор жалею, что написал ее. И потом, я же пытался поговорить с тобой вечером, накануне свадьбы.

   – Что?

   – Я позвонил твоим родителям. Сказал твоему отцу, что мне надо поговорить с тобой, но он настойчиво повторял, что тебя нельзя расстраивать.

   Отец даже не обмолвился о том, что звонил Стивен!

   – Он тебе ничего не передавал?

   – Нет. – Она покачала головой.

   – И отец, конечно же, не сказал тебе, что я не приду в церковь, – продолжал Стивен.

   У нее внутри все оборвалось. Горло сдавило. Она крепко сжала ручку кастрюльки. Родной отец знал заранее, что ее жених даже не появится в церкви. Почему, почему отец ничего ей не сказал? Почему не отговорил ехать в церковь, а сделал вид, будто ничего не случилось, и обрек ее на унижение в присутствии сотен людей?

   – Так он знал? – выдавила Кейси.

   – Ха, конечно, знал! Я прямо сказал ему, что жениться не хочу. – Стивен запустил пальцы в волосы. – Я сказал ему, что и тебе, по-моему, не хочется замуж. – Он окинул взглядом кухню и добавил, боязливо улыбнувшись: – Во всяком случае, за меня.

   – Тогда я так не думала, – проговорила Кейси, удивившись звуку собственного голоса.

   Стивен взглянул на нее, и она поняла, что он раскаивается.

   – Я был уверен, что отец все расскажет тебе. Кейси, я и представить себе не мог, что ты приедешь в церковь. И будешь ждать меня.

   Она почувствовала, что у нее горят щеки.

   – Но ты же был в церкви. Ты передал мне записку.

   – Да. Я проезжал мимо и увидел множество машин. Тогда я понял, что отец тебе ничего не сказал. – Бывший жених подошел к ней поближе и остановился. – Я подъехал к автостоянке и довольно долго искал, кому бы отдать записку, пока не встретил одного из распорядителей с моей свадьбы.

   – Мог бы прийти и сказать мне все сам.

   – Да, надо было, – согласился Стивен. Кейси выключила горелку и направилась с кастрюлей к столу, где стояла форма для торта. Перелила в нее сахарно-лимонную массу.

   – Я поняла, почему ты не сделал этого, – проговорила Кейси.

   Если бы Стивен пришел в церковь, то пререканий и унижения ей пришлось бы испытать вдвое больше.

   – Ну как – ты счастлива? Мама сказала, что ты вышла замуж.

   – И жду ребенка. – (Брови Стивена взметнулись вверх.) – Я очень счастлива, Стивен, – продолжала Кейси, делая ударение на слове «очень». – Мне надо бы поблагодарить тебя. Я не хотела, – добавила она, – но надо.

   – Я рад, Кейси. – Он засмеялся, чтобы скрыть замешательство.

   Она подошла и обняла его.

   – Я простила тебя, Стивен. Успокойся.

   Он кивнул, затем обнял ее за талию и приподнял.

   – Ему повезло, твоему парню, – сказал Стивен, ухмыльнувшись.

   – Чертовски повезло, – раздался голос Джейка.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

   Кейси взглянула на Джейка – таким разъяренным она его еще никогда не видела. Лицо покрылось красными пятнами, глаза сверкали от гнева.

   – А ну убери руки от моей жены! – крикнул он.

   – Вы все не так поняли, – проговорил Стивен. – Послушайте… Разрешите представиться. – Он протянул Джейку руку. – Стивен Миллер.

   Джейк метнул взгляд на Кейси – выражение ее лица было красноречивее слов. Джейк пытался сдержать себя, не дать клокотавшему в нем гневу излиться наружу. Но как невыносимо тяжело! Войти в свой собственный дом и застать вторую жену в объятиях другого мужчины! В объятиях человека, за которого она собиралась выйти замуж.

   Боль, словно раскаленное добела железо, жгла ему душу. И прежде, чем он понял, что делает, Джейк шагнул вперед… Оставив без внимания протянутую Стивеном руку, Джейк ударил гостя со всего размаху по лицу. Он мрачно наблюдал, нисколько не раскаиваясь в содеянном, как незваный гость летел к столу. Падая, Стивен опрокинул на пол форму с незаконченным тортом, и начинка растеклась по блестящей плитке. Стамблз выскочил из-под стола и принялся лизать сладкое.

   Только теперь Джейк обернулся и посмотрел на жену. Сердце бешено колотилось в груди. Несмотря на все опасения, он не верил, что Кейси изменит ему. И не ожидал, что боль, причиненная ее предательством, будет столь нестерпима.

   То, что он пережил из-за Линды, не шло ни в какое сравнение с сегодняшним случаем.

   – Ты что, с ума сошел? – вскричала Кейси. – Ты за что его ударил?

   – А чего он пристает к моей жене?

   – Мы просто обнялись, да и только. – Кейси указала рукой на забрызганный сладкой массой пол. – Я делала торт-безе, Джейк. Это же кухня, а не спальня.

   Его черные брови взметнулись вверх – он молчаливо призывал ее вспомнить тот день, когда они оба использовали кухню как спальню.

   Она покраснела – значит, вспомнила.

   – Я увидел – и все понял, Кейси.

   – Ты увидел то, что хотел увидеть. – Она посмотрела ему в глаза. – Ты ждешь с первого дня нашей свадьбы, что случится нечто подобное.

   – Что? – Откуда она знает, о чем он думает?

   – Ты не предполагал, что я догадаюсь, ведь так?

   Он вздохнул:

   – Энни!

   – Да, Энни. Твоя сестра мне все рассказала. Тебе самому давно надо было это сделать.

   Ему сдавило грудь. Он не хотел, чтобы она что-нибудь узнала. Он не хотел, чтобы Кейси узнала, что его бывшая жена развлекалась со своими любовниками в его доме. Боже мой!

   – Тебе незачем знать о Линде. К нам это не имеет никакого отношения.

   – Не имеет никакого отношения? – Кейси рванулась вперед, но внезапно остановилась.

   – Извините, – проговорил Стивен, стоявший за спиной у Кейси. – Может, мне лучше уйти?

   – Заткнись! – одновременно крикнули ему Джейк и Кейси.

   Стивен пожал плечами и принялся рассматривать объевшегося Стамблза.

   – Как ты можешь говорить, что все случившееся у вас с Линдой не имеет к нам никакого отношения? – настойчиво повторила Кейси.

   – Это было так давно! – ответил Джейк.

   – Но все, что случилось тогда, до сих пор накладывает отпечаток на наши с тобой отношения.

   – Кейси…

   – Не останавливай меня. Об этом нужно говорить. И высказать все, без утайки.

   Джейк вздрогнул, увидев, что глаза Кейси полны слез.

   Он хотел забыть, что видел Кейси в объятиях Стивена.

   – Нам надо вернуться к нашим прежним отношениям, – сказал Джейк. – Все было так хорошо, ведь правда?

   – Это «хорошо» было не таким уж хорошим, – тихо проговорила Кейси. – Я хотела быть любимой. Я хотела выйти замуж по любви. Ведь в подлинном браке люди говорят друг с другом. Доверяют друг другу. – У нее дрожали губы, но она бросилась в атаку: – В течение нескольких недель ты ждал от меня чего-нибудь такого, что доказало бы тебе, что я – копия Линды. Затаив дыхание, ты только и ждал случая, чтобы сказать: «Вот видишь, я знал: ты недостойна моей любви».

   – Я никогда не говорил, что ты похожа на Линду.

   Она вздохнула и посмотрела ему в глаза. Глубокое разочарование наполнило ее душу. Кейси сокрушенно покачала головой.

   – Тебе и не надо было говорить. Это стояло между нами. Витало в воздухе. Изо дня в день. – Она взяла со стола свой кошелек, обернулась и схватила Стивена за пиджак. Увлекая бывшего жениха к двери, Кейси бросила мужу: – Раз ты считаешь, что увиденное тобой – веская причина отвергнуть мою любовь, – пожалуйста! Ты победил.

   – Куда ты? – Джейк двинулся к ней.

   – Не твоя забота. – Она вытолкнула Стивена в открытую дверь, схватила пальто и обратила последний взгляд на любимого человека. – И как я могла любить такого? Высокомерного, глупого и упрямого Джейка Парриша!

   Хлопнула дверь, и Джейк остался один, точнее – в компании лохматого пса, радостно вилявшего хвостом.


   – Где мы?

   Кейси взмахнула ресницами и посмотрела на Стивена.

   – Что ты сказал?

   Он подвигал челюстью и повторил:

   – Где мы?

   Она взглянула на здание прямо перед ними.

   Это же салон красоты Энни! Витрины украшены праздничными панно. Кейси скорчила гримасу Санта-Клаусу и его довольным эльфам. Странно, но она совершенно не помнит, как привела машину к этому месту. И как доехала до города – тоже. Когда они со Стивеном вышли из дома, Кейси была так расстроена, что едва могла говорить. Она просто отняла ключи от «порше» у Стивена и сама села за руль, а хозяин машины ехал как пассажир.

   Кейси будто во сне слышала испуганные возгласы ее бывшего жениха, когда на поворотах заносило его дорогостоящую машину. Но ее переполняли мысли о муже, и она была не в силах думать о чем-нибудь другом.

   Этот дурак действительно верит, что она изменит ему! С Линдой все ясно. Эта женщина – вероломная дрянь. Но у него нет никаких оснований извалять в дегте и ее, Кейси!

   – Ты не знаешь, есть ли в городе хороший врач? Нужно бы показать ему мою челюсть.

   Кейси бросила на Стивена быстрый взгляд.

   – Раз ты можешь говорить, значит, с челюстью все в порядке.

   – Я в этом не уверен. – Он приложил руку к щеке и подвигал челюстью из стороны в сторону. – Когда я так делаю, раздается щелчок.

   – Тогда не делай так, – проворчала себе под нос Кейси. Она открыла дверцу и вышла из машины. Дверца захлопнулась за ее спиной.

   Она не пригласила Стивена сопровождать ее. Прошла несколько шагов по слякоти и вошла в салон Энни.


   Джейк с мрачным видом посмотрел на собаку:

   – Чему ты радуешься?

   Стамблз опустил голову и выбежал из кухни.

   Испытывая отвращение к себе, Джейк мерил шагами комнату. Его сапоги громко стучали по плитке пола. Взгляд Джейка упал на стол, где рядом с сегодняшней газетой лежали открытый рождественский каталог и список подарков для Лайзы, Энни, его дяди, тети и отца.

   Кейси думала о нем. Она думала о нем всегда.

   Воображение вернуло его на несколько недель назад, когда его дом вдруг наполнился радостью и теплом, которого он был давно лишен.

   Даже сюда, на кухню, доносился запах хвои, и ощущение праздника стало таким неподдельным… впервые за многие годы… Каждый раз, входя в дом, он погружался в атмосферу доброжелательности и радушия. Во всем чувствовалась любовь Кейси.

   Вот уже несколько недель он был окружен ее любовью. Ему представился еще один шанс стать счастливым. Эта совсем молоденькая девушка, с которой он так плохо обошелся пять лет назад, вернулась в его жизнь и одарила его всем, о чем он только мечтал.

   Страх потерять свое счастье толкнул его на эту ссору.

   Разумеется, Кейси не похожа на Линду. В глубине души он был совершенно уверен в этом. Только из-за своей непомерной гордыни он до самой последней минуты не признавался себе в том, что Кейси – полная противоположность Линде. Неужели она его бросила? Неужели Кейси не вернется? Сможет ли он жить без нее?

   Нет.

   Не сможет.

   – Что же мне делать? – прошептал Джейк и уперся обеими руками в столешницу.

   Он представил Кейси через несколько месяцев. Она прибавит в весе и округлится. Всплыли в его памяти и ее милая улыбка, и блеск глаз, когда она смотрела на него.

   Вдруг он повернулся и бросился вон из кухни. Единственное, что он должен сделать, – вернуть ее. Ее дом – здесь.


   – Кейси! – радостно воскликнула Энни, распахнув дверь. – Я уж хотела звонить тебе. Я только что увидела газету.

   Кейси сжалась, окинув взглядом крошечную парикмахерскую. В кресле сидела клиентка, и еще две женщины ожидали своей очереди на диване.

   Она не хотела говорить об объявлении, которое поместила в местной газете. Не сейчас – когда все так круто изменилось. Черт возьми, она надеялась, что объявление в газете убедит Джейка рискнуть попытать счастья.

   – У тебя неприятности? – озабоченно спросила Энни и бросилась к подруге, забыв о своих клиентках.

   – А у меня бывает хоть что-нибудь приятное? Неприятность за неприятностью, почти без передышки.

   – Что натворил мой братец на этот раз?

   Парадная дверь открылась, и Энни обернулась к вошедшему.

   – Энни, – сказала Кейси со вздохом, – встречай Стивена.

   – Стивена? – удивленно воскликнула Энни. – Ого! – добавила она с сочувствием. – Что с вами стряслось? У вас щека – багровая! – Она метнула взгляд на Кейси. – Джейк?

   – Он, – подтвердила Кейси.

   – Пустяки, – проговорил Стивен, – не обращайте внимания. У вас лед найдется?

   – Конечно! Идите возьмите в холодильнике, – кивнула Энни на дверь в соседнюю комнату.

   Стивен удивленно вскинул брови, но пошел.

   – Что случилось? – Энни обернулась к Кейси.

   – Да вот, не знаю, что и делать. Джейк вошел, увидел, что я обнимаю Стивена, и ударил его.

   – Совсем как мальчишка! – возмутилась Энни.

   Из угла, где сидели ожидающие своей очереди женщины, донесся торопливый шепот. Кейси посмотрела на них – они тут же отодвинулись друг от друга и приняли безучастный вид. Зато клиентка, сидевшая в кресле, и не думала притворяться. Она так вытянула шею, чтобы лучше услышать, что просто удивительно, как у нее не отвалилась голова.

   Поделом Джейку, решила Кейси. Он до такой степени не любит сплетни и пересуды, что теперь уж точно пальцем никого не тронет.

   В комнату вернулся Стивен. К распухшей щеке он приложил бутербродницу, наполненную льдом. Стивен окинул Энни внимательным, оценивающим взором. Но, встретив ее холодный, независимый взгляд, пожал плечами и обернулся к Кейси.

   – Ты не против, если я уеду? Тебе здесь будет хорошо?

   – Опять убегаете от нее, а? – с укором сказала Энни.

   Стивен весь сжался:

   – Я не убегал от нее!

   – Надо бы сказать «бросил», да уж больно слово неприятное, – съязвила Энни.

   Шепоток в углу возобновился, и Кейси вздохнула. По-видимому, судьбой ей уготовано стать объектом сплетен на многие месяцы, если не годы.

   – Разумеется, ей тут будет хорошо, – заверила Стивена Энни. – Что с ней может здесь случиться?

   – Я сказал это без всякого намека, – обиделся Стивен.

   Кейси отвернулась. Она безучастно смотрела в окно, выходившее на Главную улицу, разукрашенную к празднику. Когда она заметила за окном машину Джейка, ей показалось, что последние силы покидают ее. Кейси нахмурилась, увидев, что он поставил свой джип позади машины Стивена и перекрыл ей дорогу.


   – Эй, Джейк, – окликнул его мистер Холбрук у магазина скобяных изделий. – Примите мои поздравления!

   Джейк улыбнулся, кивнул в знак благодарности. И – удивился, не понимая, о чем идет речь.

   – Ах, как это приятно! – раздался рядом голос пожилой женщины. Джейк оглянулся и увидел на тротуаре Долли Фенуик с улыбкой на лице. – И как романтично! – продолжала она, глубоко вздохнув. – Передайте Кейси мои поздравления с приближающимся Рождеством!

   Он кивнул. Что происходит?.. Потом взглянул на машину, на которой уехала Кейси. Убедившись, что машина надежно блокирована его джипом, Джейк удовлетворенно ухмыльнулся. «Порше» Стивена теперь никуда не денется. Даже если Кейси и захочет воспользоваться им.

   Быстро подойдя к салону Энни, Джейк открыл дверь и ринулся в самый ответственный бой в своей жизни.

   Стивен быстро отнял от щеки бутербродницу со льдом, поставил ее на стол, слегка согнул ноги в коленях и выставил оба кулака перед грудью, наподобие старомодного боксера-профессионала. Стивен приготовился дать отпор Джейку. Джейк хмуро взглянул на него.

   – Я не из-за тебя тут.

   – Зачем ты приехал? – устало спросила мужа Кейси.

   – Чтобы забрать тебя.

   В углу вновь зашептались.

   – Я не поеду.

   – Упрямая девчонка, – донеслось из угла.

   – Не оставляй меня! – с трудом выдавил Джейк: горло сдавило… Он переводил взгляд со своей сестры, лицо которой отражало гнев и возмущение им, на Стивена и старых дам, наблюдавших за происходящим с нескрываемым интересом. Но Джейку было все равно, слушают они его или нет. Им владело единственное желание – убедить свою жену дать ему еще один шанс. – Кейси, я тебе не позволю бросить меня!

   – Бросить тебя? – переспросила она с удивлением.

   – Кейси, все, что ты говорила, правда, – выпалил Джейк и приблизился к ней. – Каким же я был болваном! Я избегал тебя, прятал свои истинные чувства к тебе, сдерживал себя… Но все равно я о тебе заботился!

   – Заботился? – Она вскинула голову и внимательно посмотрела на него.

   – Конечно, я заботился. – Он подошел еще ближе, но коснуться ее побоялся. – Кейси, я полюбил тебя с нашей первой встречи.

   – Повтори еще раз.

   Он улыбнулся.

   – Я люблю тебя и всегда любил. Кейси, пожалуйста, не оставляй меня! Мы со Стамблзом не переживем этого!

   У нее задрожали губы.

   – Дешевый приемчик – брать Стамблза в союзники.

   – Я в полном отчаянии! – воскликнул Джейк.

   – Так уж и в отчаянии! – недоверчиво сказала Кейси.

   – Кейси, я люблю тебя. Поедем домой. Дай мне возможность доказать тебе, что я могу любить беззаветно. Как никто другой! – Рискуя все испортить, он обнял ее за плечи. – Не уходи, Кейси. – Он понизил голос и, наклонив голову, чтобы слышать его слова могла только она, произнес: – Если ты уйдешь, я умру от горя и одиночества.

   – Ну и паникер же ты, – сказала Кейси.

   Он заморгал от удивления.

   – Что?

   – Какой же ты паникер, Джейк! – Она заулыбалась и покачала головой. – Я и не думала уходить от тебя.

   – Нет? – У него отлегло от сердца.

   – Разумеется, нет. – Она погладила его по щеке. Он спрятал лицо в ее ладони. – Но я так легко не сдамся, – заявила она торжественно. – Иногда ты бываешь очень агрессивным. Впрочем, я все равно люблю тебя. – (У Джейка открылось второе дыхание!) – Я не переставала любить тебя даже тогда, когда ты сорвался и разозлил меня. А из дома я уехала потому, что еще немного – и ты схлопотал бы полновесную оплеуху, – сказала Кейси.

   – Давай договоримся: ты можешь влепить мне сколько угодно оплеух, если я когда-нибудь провинюсь.

   – Хорошо, я буду иметь это в виду, – сухо произнесла Кейси. Она оглянулась и посмотрела на Энни. Ее золовка улыбалась во весь рот, вытирая мокрое от слез лицо. – Дай мне, пожалуйста, газету, Энни, – попросила Кейси. – Если бы ты утром, – обратилась Кейси, с газетой в руке, к мужу, – как все горожане, развернул сегодняшний номер, ты бы увидел там это на несколько часов раньше! – Открыв первую страницу газеты, Кейси держала ее, как щит, перед собой и ждала, когда Джейк прочтет.

   Он пробежал глазами заголовок один раз, потом второй – убеждая себя, что это не игра его воображения. Когда же до него дошел смысл того, что он прочел, лицо его озарила широкая улыбка. Теперь ему стало понятно, что имели в виду люди, встретившиеся ему на улице. Горожане еще долго будут обсуждать этот случай.

   Но он, Джейк, только приветствует подобные разговоры.

   Он еще раз прочел броский заголовок и почувствовал, что все его сомнения и переживания исчезли сами собой. Вверху на странице были набраны крупным шрифтом слова:

   КЕЙСИ ЛЮБИТ ДЖЕЙКА, ПОТЕРЯВШЕГО ГОЛОВУ ОТ ЛЮБВИ.

   Он взглянул на улыбающееся лицо жены. Взяв у нее из рук газету, он бросил ее на пол и крепко обнял Кейси. Джейк почувствовал, как в его душе вновь воцарился покой.

   Держа Кейси в объятиях, он ощущал себя повелителем мира, которому подвластно все на свете. Джейк шепнул ей:

   – Я понял, что терять голову от любви не так уж плохо.

ЭПИЛОГ

   Рождество, вторая половина дня…


   – Нам надо еще столько успеть сделать, – сказала Кейси и пододвинулась ближе. Они лежали с Джейком на диване. – Ты же знаешь, скоро здесь все соберутся.

   – Не уходи, – прошептал муж, еще крепче прижимая ее к себе.

   Она засмеялась и посмотрела на него.

   – Ты целый день твердишь это. Разумеется, она не жалуется. Провести Рождество в объятиях любимого и обожающего ее мужа было заветной мечтой Кейси. Теперь она стала явью… Он улыбнулся и потрепал ее по щеке.

   – Муж имеет законное право провести свой первый праздник с молодой женой так, как ему захочется.

   – Это почему же? – спросила она, выгнув бровь дугой.

   – Таков обычай, – сказал Джейк. Усмехнувшись, она положила голову ему на грудь и загляделась на нарядную елку.

   – Какое прекрасное Рождество, правда? – прошептала она.

   – Да, прекрасное, – повторил он и обнял ее.

   На улице разыгралась настоящая метель, холодный ветер с силой стучал в окна. А в доме пылал огонь – и в камине, и в сердцах двух любящих людей.

   Под елкой высилась горка подарков, завернутых в яркую блестящую бумагу. Рядом лежал, мирно посапывая, Стамблз и видел приятные сны.

   – Может, откроешь свой подарок, пока не приехали твои родственники? – предложила Кейси.

   – Подождет, – сказал Джейк, нежно поглаживая ее спину. – Я уже получил свой подарок, – поправился он.

   Она подняла голову, чтобы увидеть его лицо. Их взгляды встретились, и Кейси прочла в его глазах любовь, которую он так долго скрывал от нее.

   – Как – уже получил?

   – Конечно. Единственный подарок, о котором я всегда мечтал, – это ты. Ты и наш малыш.

   – Ты уже говорил это, – произнесла она с улыбкой.

   – Я буду повторять это снова и снова, всю оставшуюся жизнь.